Приключения Кроша. Глава 18

Глава восемнадцатая. В этот вечер я пошел в клуб на танцы. Клуб принадлежит машиностроительному заводу, Но ходят туда все. Других клубов в нашем районе нет. Есть на нашей улице кинотеатр "Искра" новое Двухзальное кино с фойе, оркестром, Певицей и буфетом. Но в кино посмотришь картину и уйдешь, А в клубе бывают вечера, спектакли, Концерты, приезжают артисты, а по средам и Воскресеньям устраивают танцы под джаз или под Радиоло. Мы стараемся проходить в клуб без билета. Это удается только троим: Игорю, Вадиму и Шмакову Петру. Мне не удается. Девиз у Игоря такой: "Человек искусства пользуется Искусством бесплатно". Игорь считает себя человеком искусства. Он два раза снимался в кино, в массовках, И все главные деятели клуба его приятели. Вадим тоже трется в клубе, выполняет всякие Поручения, считается там заметной личностью и, Как заметная личность, проходит бесплатно. Шмаков Петр, наоборот, проходит как незаметная Личность. Стоит у контроля, молчит, А потом незаметно проходит. Глядя на его серьезный, сосредоточенный вид, Никак нельзя подумать, что он идет без билета. В тот вечер, когда мы с Вадимом ушли с Автобазы, не дождавшись директора, В клубе были танцы под джаз. Я люблю танцы не так, как некоторые, Видящие в этом смысл жизни, а приблизительно так, Как любил Пушкин: "Люблю я бешеную младость, И тесноту, и блеск, и радость". Мне нравится джаз. Книги, кино и джаз вот, пожалуй, Что я люблю больше всего. Если бы у меня были технические наклонности, Я, наверное, любил бы что-нибудь более серьезное. Танцую я все танцы: и бальные, И современные, но современные люблю больше. Их танцуешь как хочешь, и человеческая личность Раскрывается в них шире и глубже. Конечно, отдельные стиляги выламываются, Но выламываться можно и в польке-бабочке. Народу в клубе было полно. Наши ребята почти все. Много и с автобазы. В дверях стояли дружинники с красными повязками на Рукаве. Лагутин танцевал с диспетчером Зиной. Отношения этих двух людей мне совершенно непонятны. Игорь танцевал с незнакомой мне гражданкой. Танцевал так, будто делал громадное одолжение и Гражданке, и музыкантам, и всем находящимся в зале. У него было усталое выражение лица, Как у человека, который разочаровался во всем и Двигает ногами только из чувства снисходительности. В середине зала отплясывал Вадим. Он считал себя большим специалистом по рок-н-роллу, Просто выделывал руками и ногами, что хотел. Что касается Шмакова Петра, то он танцует неважно. Можно сказать, плохо танцует, но танцует все подряд. Сначала молча стоит у колонны и высматривает, Какая девица сидит без кавалеров. Потом подходит к ней и приглашает. Танцует Шмаков с серьезным и сосредоточенным видом, Будто делает невесть какую сложную и ответственную Работу. Никогда не смотрит, куда ведет свою даму и Врезается в толпу как таран, наступает даме на ноги И, если дама не убегает тут же домой, Приглашает ее и на следующий танец. Ни одного слова со своей партнершей Шмаков не Произносит. Вообще молчит весь вечер. Только когда оркестр заиграет, Спрашивает меня: "Какой танец?". Сам не может разобрать, что играют. У него полное отсутствие слуха. И зачем он спрашивает, что за танец, Непонятно. Что бы ни играли, Шмаков танцует только Одно нечто среднее между фокстротом и танго. Некоторые девочки даже думают, что это новый стиль, И, танцуя со Шмаковым, очень стараются. Больше всего я люблю танцевать с Майкой, Но Майку приглашают все, и она никому не отказывает. Мне это и нравится, и не нравится. Нравится, потому что это говорит о Майкиной Простоте. Она не ломается. Она пришла сюда танцевать, танцует и никого не хочет Обидеть отказом. В ответ на приглашение она улыбается, Встает и идет танцевать. Но нельзя танцевать и с кем попало. Можно нарваться на нахала. Один такой пристал как-то к Майке на весь вечер. Мы с ребятами тут же его отшили, Танцевали с Майкой по очереди. Но когда танцы кончились, мы увидели, Что он ожидает Майку на улице. Тогда мы все пошли ее провожать. Нахал испугался и не пошел за нами. Я потом узнал, что он работает на заводе в Конструкторском бюро. Хлипкий такой тип в очках. Из-за того, что Майка никому не отказывает, Ее трудно пригласить. Сидеть возле нее неудобно. Это выглядит назойливо. У нас не заведено сидеть парами. Мы пришли сюда танцевать, а не ухаживать. Девочки сидят отдельно, мальчики стоят отдельно, Но пока пересечешь зал, кто-нибудь опередит тебя и Пригласит Майку. Когда я пришел, Майка уже танцевала и как раз С очкастиком из конструкторского бюро. Когда танец кончился, он остался возле Майки с явным Намерением пригласить ее опять. Я тут же, пока еще не заиграла музыка, Подошел к девчонкам, заговорил с ними, А как заиграла музыка, сразу пригласил Майку. Тип вместе со своими очками остался стоять у стены, Даже никого не пригласил. Показывал Майке свою преданность. Играли вальс. Я танцую его в обе стороны, Поворачиваясь и левым, и правым плечом. И чтобы морально подавить нахала в очках, Я прошелся один круг левым плечом, Потом круг правым плечом и старался танцевать против Того места, где стоял этот тип, Чтобы он убедился, как здорово я танцую, И понял, что Майке гораздо интереснее танцевать с Таким выдающимся партнером, как я, Чем с таким идиотом, как он. Следующий танец я опять танцевал с Майкой и отвел Ее на место, только увидев, что музыканты кладут Свои инструменты и отправляются на перерыв. Мы со Шмаковым Петром взяли контрамарки и вышли на Улицу, чтобы освежиться и выпить газировки. Между прочим, Шмаков всегда в перерыве выходит на Улицу, чтобы взять контрамарку и, Возвращаясь в клуб, старается ее не отдавать. Шмаков собирает контрамарки. Когда ему не удается пройти зайцем, он проходит в Перерыве по этой контрамарке. Контрамарки от вечера до вечера меняются, Но у Шмакова Петра всегда находится нужная. На улице накрапывал мелкий дождик. Но это хорошо. Под дождем лучше освежимся. Мы спокойно пили газированную воду, освежались под Мелким дождиком, дышали вечерним воздухом и глазели По сторонам. Вернее, глазел я. Шмаков Петр, когда пил воду, упирался глазами в дно Стакана. Я глазел по сторонам и увидел "Победу", Обычную "Победу". Я обратил на нее внимание только потому, Что она подъехала не к подъезду клуба, А остановилась в темном переулке за углом. Из машины вышли два человека и прошли мимо нас В клуб. Двое парней в пиджаках, Рубашках без галстуков и кепках, Надвинутых на лоб. На одном были белые парусиновые туфли. Но во что бы они ни были одеты, Я сразу понял, кто это такие. Я хорошо знал таких ребят. Встретишь такого на улице, мелькнет его лицо в Подворотне, в магазине, в троллейбусе, В фойе кино, сразу отличишь его среди тысячи других Людей. Есть в них что-то такое особенное. Я даже не могу объяснить, что. Взгляд, что ли? С виду безразличный, Равнодушный, а на самом деле настороженный, Внимательный. Идет такой, не оглядываясь, Как будто спокойно, а сам напряжен, Спиной чувствует, не следят ли за ним. У нас в школе одно время даже учился один Такой в восьмом или девятом классе. Все знали, что он бандит. Мы были только совсем еще маленькие, С интересом смотрели на него, потому что если всем Известный бандит открыто учится в восьмом классе, Значит, и взрослые его боятся. Потом, правда, оказалось, что он вовсе не бандит, Просто он хотел поступить в пожарники и, Лазая по чердакам, заранее тренировался. Но в том, что из машины вышли именно эти Ребята, я не сомневался. Мы со Шмаковым вернулись в клуб. Перерыв еще не кончился, но публика устремилась в Зал. Некоторые за тем, чтобы занять места у стены, Другие чтобы не пропустить ни одного танца. Есть и такие. Я тоже было заторопился в зал, Чтобы не дать возможности типу в очках танцевать с Майкой, но увидел вдруг в конце коридора Лагутина и Рядом с ним этих парней. Я подался немного назад и в сторону, Сделал вид, что хочу переждать толпу, Которая протискивалась в зал. Лагутин и парни стояли вместе совсем недолго, Может быть, одну минуту. О чем они говорили, я тоже не мог расслышать. Я только видел мрачное лицо Лагутина. Потом оба парня как по команде повернулись и прошли Мимо меня к выходу. Я услышал звуки музыки и вошел в зал. У стены, на том месте, где обычно сидели наши Девочки, Майки не было. Я увидел ее танцующей с очкастиком. Какой, однако, назойливый нахал! Я обошел зал и стал возле колонны. Недалеко от меня стояла Зина, диспетчер. На ней была зеленая шерстяная кофточка и туфли на Тоненьком, как гвоздик, каблучке. Как держатся женщины на таких каблучках? Непонятно. Лагутин появился вслед за мной. Как и я, обошел зал и подошел к Зине. Они стояли с другой стороны колонны довольно близко, Но шум оркестра заглушал их голоса. Лагутин что-то раздраженно говорил, На чем-то настаивал, а Зина колебалась, Не хотела, отказывалась. Лицо ее покрылось красными пятнами. Музыка смолкла. Я увидел, как нахал в очках проводил Майку на Место. Я стал внимательно следить за оркестром. Как только музыканты поднимут инструменты, Я тут же подойду к Майке и первый приглашу Ее. Но раньше, чем я успел это сделать, Меня опередили. И кто? Лагутин! Большими шагами он пересек зал, Подошел к Майке, заговорил с ней. Тут заиграла музыка, и они пошли танцевать. Этого я Майке никогда не прощу. Ведь она отлично знала, что Лагутин мой первый враг. Он так подло подвел меня с Зуевым. Простота и естественность хорошие качества, Но не до такой же степени. Надо знать меру. Ведь это предательство по отношению к товарищу Танцевать с человеком, который его оклеветал. Разве я пошел бы танцевать с девчонкой, Которая оклеветала Майку? Никогда в жизни! Достаточно того, что я простил ей очкастого. Если разобраться, она и с ним не должна была Танцевать. Одно дело, когда человек танцует, Другое когда ухаживает. А очкастый пытается ухаживать, И все это видят. И танцуя с ним, Майка потакает его ухаживаниям. Но очкастого я ей простил, а Лагутина не прощу Ни за что. Мало того, что он меня предал, Ведь он танцует с ней только для того, Чтобы досадить бедной Зине. Разве Майка этого не видит? Ни на грош чувства собственного достоинства! Она танцевала с Лагутиным и, увидев меня, Даже улыбнулась. Я отвернулся и сделал вид, Что не вижу ни ее улыбки, ни ее самоё.