Неизвестный солдат. Глава 07

Глава седьмая. И вот мы с Наташей идем по пустой школе. Шаги наши гулко отдаются в пустом коридоре. Справа громадные окна, в их стекла бьет яркий Солнечный свет. Слева закрытые двери классов. Чудится, будто там идут уроки, Хоть знаешь, что никаких уроков нет. Мы спустились по короткой боковой лестнице и Очутились перед дверью, на которой было написано: "Штаб рейда Дорогой славы отцов". В моей школе не было такого штаба и не Было такого рейда. Я знал об их существовании, Но видел впервые. На стендах лежали старые солдатские каски, Пилотки, гильзы, винтовки без затворов с зарубками На прикладе. Видно, отмечал снайпер, Сколько немцев убил из нее. На стенах висели увеличенные портреты воинов суровые Лики войны. Я сказал: "Если бы даже на них Не было гимнастерок, я бы сразу определил, Что это солдаты Отечественной войны. Эпоха накладывает на лица свой отпечаток". Не знаю, дошел ли до нее внутренний смысл моих Слов. Наверное, не дошел. Слишком серьезно она ответила: "Эти солдаты погибли в наших местах. Мы разыскали их родственников". Конечно, дело это нужное и полезное, Но меня не убедишь, что действительно есть Энтузиасты рыть могилы, переносить останки, Разыскивать родных, которые и без того знают, Что их близкие погибли. Да и какие родственники сейчас, через тридцать лет? Отцы и матери умерли, дети забыли, Внуки в глаза не видели. Но Наташа мне понравилась, и я сочувственно заметил: "Это было, наверное, чертовски трудно". "Это было сложно", ответила она. У нее гладкое лицо и серые пристальные глаза. Стройная, смуглая, спортивная девчонка. Она мне сразу понравилась, хотя я и сразу понял, Что совершенно ей безразличен. Интерес у нее не возник, а когда интерес не Обоюден, тогда мертвое дело. Она рылась в большом книжном шкафу. "Ты в каком классе? В девятом? В десятом?" Она ничего не ответила. Ей не нравятся мои вопросы? Почувствовала мой интерес? А что в нем предосудительного? Я знаю этих серьезных, замкнутых девчонок. Это гроб с музыкой. И все же именно в таких девчонок я всегда Врезываюсь. Их замкнутость, что ли, Меня интригует. И чем бесперспективней, Тем больше стараюсь. Мистика! Она достала из шкафа сверток. "Вот пакет Софьи Павловны. Здесь нет ни фамилии солдата, ни документов. Мы отложили розыск до осени". Она развернула пакет и выложила его содержимое на Стол: фотография, старая промокашка, Кисет с вышитой на нем буквой К, Самодельная зажигалка из патрона, Маленький картонный квадратик из детского лото с Изображением утки. Фотография была разорвана на четыре части, Потом склеена. Пять солдат сидели на поваленном дереве на фоне Леса. В середине бравый щеголеватый старшина со Значком на груди, с медалью, широким командирским Ремнем и портупеей через плечо. Справа от него два молодых солдата, Слева два пожилых. Я перевернул фотографию. Там было написано: "Будем помнить ПРБ-96". "Что за ПРБ-96?" "Название ремонтной части. Их уже давно не существует, ответила Наташа. И найти ее невозможно. Когда часть строевая, полк, дивизия, Тогда легче. И потом, на карточке пять солдат. Кто из них в могиле неизвестно". Она говорила в воздух, будто я не живой человек, А казенная единица, пришедшая посмотреть казенное Дело. "Слушай, сказал я, у вас тут, Кажется, есть танцплощадка?" "Есть. Она насмешливо посмотрела на меня. Могут и тебя пустить, если подстрижешься". "Дело идет к зиме. Утепляюсь". "А дорога эта что? Романтика?" И так прояснилось ее мнение обо мне. "Тут ты угадала. Муза дальних странствий". Я говорил и держался развязно. Тоже мистика. С девчонками, с которыми нужно Держаться развязно, я серьезен и наоборот. С кем нужно быть серьезным, говорю развязно. Чувствую, что все порчу, а иначе не могу. Я всегда стараюсь укрепить первое впечатление о Себе, даже если это впечатление для меня невыгодно. Возможно, у меня какое-то психическое нарушение Делать все во вред себе. "Кстати, дай мне фотографию", сказал я. "Зачем?" "Отчитаться перед начальством, А то скажут не ходил. Я лицо должностное". "Только верни", после некоторого колебания ответила Она. "А как же? Завтра же. Ты где живешь? Дом я знаю. А квартира?" Она пожала плечами. "Какая тебе разница? Принеси в школу, мне передадут". Понятно. И все же я ее так не отпущу. Вижу, что дело гиблое, а не отпущу. Психи мы, психи. "Так как, договорились? Идем на танцы завтра". "Завтра нет танцев". "Послезавтра?" "Послезавтра я буду у бабушки". "Послепослезавтра?" "Опять нет танцев". "Ясно. А как насчет кино?" "Я видела эту картину". "Какую?" Она засмеялась. "Видела". "Да, слушай, Софья Павловна сказала, Про солдата знают ваши местные жители Михеев и Агаповы. Известны тебе такие?" "Известны". "Сходим, узнаем, найдем этого солдата". "Курьеры, курьеры, тридцать тысяч курьеров". "Ты хочешь сказать, что это не так просто?" "Да, приблизительно это я и хотела сказать". "А попытаться?" "Попытайся". Из школы я отправился на почту, Дал телеграмму в Центральный военный архив: "Прошу сообщить, где в сентябре тысяча девятьсот Сорок второго года находился ПРБ-96. Жив ли кто-нибудь из его командиров, Их адреса". Обратный адрес я указал: "Корюков, дорожно-строительный участок. Мне". Так запрос выглядел солиднее. Квитанцию я скрепкой прикрепил к фотографии, Снова, на этот раз внимательно рассмотрел ее. Солдаты сидели на поваленном дереве, У старшины через плечо висела полевая сумка, На левой стороне груди медаль, какая не разберешь, А на правой значок, по форме напоминающий Гвардейский.