Испанская лавью

Aquí y ahora. Qué puedo decir, no? Aquí y ahora. No tan negro. Ese chico es bonito. Ese chico es bonito. Ese chico es bonito. Vaya pasada! Ese chico es bonito. Ese chico es bonito. Ese chico es bonito. Qué color tanto! Qué color tanto! Любовь была испанская, как Песня серенада. Хуан лежал с Марией В кустах трилистных ядов. В любви он клялся яростно, А ей того и надо. И не давал дурман травы гасить, Гасить, гасить страстей награду. А дым коромыслом стоит. А кто-то над кем-то хлопочет. Нигде ничего не болит, И день не сменяется ночью, Но не проходит запал, И чувства полны без обмана. В восторге с Марией Хуан. Такая вот Марихуана. Заморская история Пылающей лавьи. Мари Хуана милого, А он свою Мари. Допеть бы песню, не забыть От скуки на луну. В тени трилистных ядов и в Сладостном плену. Qué color tanto! А дым коромыслом стоит. А кто-то над кем-то хлопочет. Нигде ничего не болит, И день не сменяется ночью, Но не проходит запал, И чувства полны без обмана. В восторге с Марией Хуан. Такая вот Марихуана. Ese chico es bonito. Ese chico es bonito. Ese chico es bonito. Крепка любовь под химией. Попробовать бы надо, Но проживешь лет тридцать с ней, Поймешь, не надо яда. А наша под гитару-то Ей ничего не надо. И лишь бы у Марины был Иван, Что всегда рядом. А дым коромыслом стоит. А кто-то над кем-то хлопочет. Нигде ничего не болит, И день не сменяется ночью, Но не пустеет бокал. И чувства полны то, что надо. В восторге с Мариной Иван, А утром бы Рассол с маринадом. Маринадом. Qué color Tanto!