В газах моих печаль E

Я надену намордник на себя, чтобы молчать, Несомненно в глазах моих увидишь ты печаль. Ей на смену опомнившись придёт влага и ложь, Ну и что ж. Я надену намордник на себя, чтобы молчать, И несомненно в глазах моих увидишь ты печаль. Ей на смену опомнившись придёт влага и ложь, Ну и что ж. Короче, этот мир упорочен, тут света не больше, Чем в лесу темной ночью. Он хочет, да и впрочем, это мощь, Волоками совать в несочной жизни, Что не проще. Добычей стать, чтоб обычай под стать, Да примирить в одной ипостаси. Уже даже чуть-чуть боли не чувствую, Контролем все стабильно, не настолько мне нисколько Не спокойно. И я душной маршрутке, Да в пробке длинною жутко, иной бы сидел там Сутки в железно-стеклянной будке. Вокруг лишь одни придурки, внутри нету нихуя, Просто лишь кожурки окурки из средних Мне бы выйти, Побежать, но боязно облажаться. Машина поскрипышина поедет, а я мудак. Всего-то и маршрутки, как будто бы в плохой шутке, Минуты за минутами ноют и мимо лет. Заткнись и вейся, похуй, уйми себя. Я так, так Хочу поесть. Слова за слово покая, слово за слово цепляясь, Сорвал ложь, что долго гнила, те теперь падай, Домино. Неси пергамент и перо, Писи меня, мое нутро, не перенос, А жри свой нос, смотри кому как тебе. Мне так похуй, я снова топлю себя мыслями. Самый худший день, я походу зависну. Я хожу словно тень, да бесформенный я. Хочу заболеть, пролежать месяца. Последнее время так сильно ломает. Это не жизнь, сам себя я караю. Блядь, лучше в лицо раскрои мне кости, Но нет. Заткнись и вейся, Похуй, так поесть. Заткнись и вейся, похуй, уйми Так, я так хочу Поесть.