Об осени, новой книге и творческом наследии

Бар "Зеленая тоска" Распахивает свои двери Сегодня, В этот паршивый вечер четверга дождливый в Москве. Здесь, за барной стойкой, привечаем вас мы: Вера Полозкова. И Алекс Дубас. Добрый вечер. Привет, дорогие друзья! Вера, я вот сегодня вышел из дома и подушился Особенными духами для тебя, английскими. И, конечно, весь первый букет достался таксисту, Как всегда. Видишь, я даже ни сигаретки не выкурила, Чтобы не дышать этим табаком в студию. Да, таксист попал в пробку, семь баллов. Я выбежал, метро, ну и в общем, там он Окончательно растворился, как всегда, Естественно. что я еще ожидал от такого дня? У меня был неплохой день. Тем не менее, я живу в лесу и молюсь Колесу очень далеко от цивилизации. Сегодня вернулся домой Муж мой, который был в долгом путешествии. Как ты знаешь, когда у тебя маленькие дети в Доме, очень приятно, когда кто-нибудь возвращается. Есть возможность лишние пятнадцать минут поспать, Потому что темнее всего было перед рассветом. Вчера, когда я Именно это и позволила себе просто вырубиться минут На пятнадцать, действительно, потому что мы что-то Смотрели вместе. И потом, когда я проснулась через Пятнадцать минут, я обнаружила оба дивана и ребенка, Целиком покрытого кремом для тела. И очевидно, что он какое-то количество его съел уже К этому, к этому моменту, потому что был абсолютно Счастлив. Взял меня за руку, отвел к одному дивану, К другому и совершенно не понял, Что меня так расстроило прямо до слез, потому что Как-то по-другому я предполагала провести этот Вечер, нежели отмывая это все. Но счастье было абсолютно беспредельное. Крем дорогой? Ты знаешь, Да. Да черт с ним, даже диваны, в общем, ну, Просто очень жалко свою жизнь на это. Понимаю. И главное, что ты никогда, Понимаешь, дети же настоящий тренажер, Тренер и тренажер одновременно умения отпускать вещи Любые, как бы они тебе ни были дороги или Самые классные игрушки, которые ты только что Подарил, и на твоих глазах в течение пяти минут Они превращаются в прах, и ты ничего не должен Делать. Потому если ты уже решился на это Путешествие, да? Ну, кто ты такой, что ты будешь отбирать, кричать И говорить: "Что ты делаешь? Эта машина стоит, знаешь сколько?" Ну, потому что как бы ты выглядишь глупо в Этот момент. Ну да. Ты для того и таришь, Чтобы от нее ничего не осталось, просто ни одного Колеса. Но это так трудно к этому привыкнуть. У меня только начинается вот этот дрейф. Наши, да, наши, наши университеты. Что такое бар "Зеленая тоска", уважаемые слушатели? Это такой виртуальный бар, который иногда раз в Полгода распахивает двери в эфире нашей Радиостанции, и вы туда можете зайти, Сюда можете зайти. Ну, для этого нужно позвонить по Телефону семьсот тридцать, сто и один, либо написать Сообщение. Смотрите, мокрыми пальцами очень калечит листву, Теплым бельем обрастает больной организм, А вы в одиночестве коротаете. И вы знаете, вы поднимаетесь на свой этаж, Там пятый, или шестой, или третий, а пахнет так, Знаете, вот на лестничной клетке вот картошечкой Жареной с грибами. И вы понимаете, что это не у вас, Не у вас. Вот. Так что Добро пожаловать в бар семьсот тридцать, Сто и один. Вы можете у нас заказывать, но Поскольку это радиобар, можете заказывать грустные Песни. "Выхода нет" группы "Сплин", например, Леонарда Коэна, Тома Уэйтса. Вот мы вас выслушаем, нальем песенку. Вот сегодня за барной стойкой Вера Полозкова, Напомню, и Алекс Дубас. Сегодня четверг. Сегодня мы еще вещаем в Латвии, Где однажды в эфире радиостанции СВХ Плюс я придумал Эту рубрику. В общем, грустим вместе, Грустим вместе. Давайте. Двери распахнуты. Семьсот тридцать, сто и один. А если вот сложно вам добраться до нас через Телефонные сети, пишите, дойдет в любом случае я Прочту. Плюс семь, девятьсот три, семь девять семь, Шесть три три три. Кстати, о детях, Вера, Как, какова судьба твоей детской книжки? Расскажи. Она получила название, Вот сейчас дорисована и отправляется В скором времени в издательство уже. Ну, в смысле-Ну, все уже. типографию. Готово практически. Да, да. Как мы шутили про нее, что она вообще должна Была год назад быть закончена. Но мы шутили про нее. говорю: "Слушай, когда Перехаживаешь, вот давай ее уже родим и начнем Другую книжку, потому что когда перехаживаешь, Чувствуешь себя очень тяжело, дурно". Она говорит: "Ну как? Ну, вот слоны, у них двадцать два месяца это Длится. Вот это просто слоненок, восемьдесят четыре Полосы. А так что все по делу". Да, вот пишут: "А где Мари Армас? Грустно без нее", Александр. Грустите еще больше. Нет Мари Армас больше. Ну, она есть, конечно. Нет, бросила она вас, Александр. Шансов нет, надежды нет, что она Вернется. Ну, я добиваю. Мы сегодня сгущаем, да? Давай просто вообще не щадить красок. Нет, нет, нет, нет, конечно. Нет, конечно. Вот Игорь пишет: "Спасибо вам за эту Тему. Я сейчас как раз в таком состоянии. Налейте мне, пожалуйста, песню группы Ума Турман "Проститься". Да. Кто не прощался под песню группы Ума Турман? Да, каждый из нас, даже в том числе и С участниками группы Ума Турман после длинного Какого-нибудь события и заседания алкогольного Всегда заканчивается тем, что прощаются с этой Песней. Смотри, в наш бар кто-то идет. Дай я включу музыку. Ну, какое-нибудь пронзительное Фортепиано, что-то такое, гамму какую-то, и пусть Зайдет сейчас. Алло, алло! Алло! Здрасьте. Ну что, как вас зовут? Анастасия. Алекс, я у вас буквально пару недель Назад или, может, три недели назад выиграла вашу Книжку и с удовольствием ее читаю. Принесла ее в театр, и наши гости ее тоже Читают. Спасибо, дорогая. Вы присаживайтесь. Вот Вера, вот. Да, да. Настя, расскажите, что вас привело сегодня в Бар "Зеленая Что-то вы действительно неважно Выглядите-то. Вы знаете, я сейчас очень так, ну, Улыбнулась грустно, когда услышала вашу сегодняшнюю Тему вечера. Потому что я когда села в машину, Я подумала: сейчас включу "Серебряный дождь", Послушаю, что они там будут говорить. А вообще есть желание позвонить и сказать, что Ребята, остановите меня от того, чтобы я не начала Курить. А знаете, закурите. Да, я вот думаю, да, что-Ну это же Красиво. Так? Не отнимайте у женщины сигарету. Помнишь, Вера, да? Табердиев. С одной стороны. А с другой стороны, Начинается все с одной сигаретки раз в три дня, А заканчивается пачкой в час. Да, не курите. Да, вот особенно, Ну, Вера, я даже--мы как-то пересекались с вами Во МХАТе имени Чехова, а сейчас я работаю в Другом театре. Вы актриса, Настя? Все курят. А? Нет, нет, нет, нет, я продюсер. О! Вот. И, и все важные разговоры, Они всегда за сигаретой, да? То есть все там во дворе или где-то вот Курят. Знаете, я замечала, что мне не хватает, когда Я бросила, а я долго не курила, сейчас три Года не курила. Я замечала, что мне не хватает этого не потому, Что--не по какой другой причине, кроме того, Что это останавливает время и тебя немножко выводит За границу кадра. Да! Вот люди разговаривают, но у тебя есть алиби, Тебе можно две минуты молчать, не принимать участие В разговоре, и у тебя есть такое, как бы У тебя точно позиция наблюдателя, ты как бы не В игре. Все, что происходит, это кино. И пока ты куришь, это кино. Как только ты затушил сигарету, ты снова участник, А так ты наблюдатель. И вот это вот ощущение, конечно, оно очень Подсаживает. Я вас понимаю. Да. Ну и я вас тоже хорошо понимаю. У меня маленькая дочка, чудесная совершенно. Год и восемь месяцев. Очень много планов и хлеба. А с другой стороны, с другой стороны, Все равно же рано или поздно умрем. А понима--Да, с одной стороны. Но нет, мы, мы обсуждаем, как сказать, Мы про душу говорим, не про тело. Согласен с вами. Я, конечно, не буду адвокатом Курильщиков, потому что это отвратительно. Только не вздумайте, пожалуйста, курить в эти вейпы, Это нелепо смотрится. И да, и при детях тоже не стоит, потому Что они все запоминают и потом играют это, Потому что они маленькие обезьяны, все видят и сразу В это играют. Ладно, Настя, вы присаживайтесь, Мы вот сейчас вам что-нибудь подберем, да, под Настроение. Да. Посидите с нами в баре, Наши двери распахнуты, вы можете прийти к нам в Бар "Зеленая тоска". Это очень просто. Позвоните по телефону семьсот тридцать сто и один, Поноем вместе. Слушай, а вот все-таки состояние грусти, оно Созидательное. Я очень его люблю. Оно дает тебе возмож--ну то есть вся истерическая Маниакальная деятельность, которая в твоей жизни Происходит, она останавливается, Ты имеешь возможность посмотреть на нее трезвыми, Заплаканными глазами. И это на самом деле это очень целительный период. Я вот, например, погоду такую, которая сейчас, я Очень люблю, потому что это наконец никто не Пытается казаться тебе лучше, не твой собственный Город, не твой собственный лес. Очень грязно, никого нет. Стоит туман над водой. Очень хо--мне очень хорошо. Это ощущение, когда ты можешь прийти в гости Ненакрашенным, всклокоченным, в тренировочных Штанах, и тебя никто не осудит, понимаешь? В грязных кроссовках никто тебя ничего не Все всё Понимают. Да, все свои, все нормально. Тут просто у всех закончились силы казаться кем-то Другим, понимаешь? Вот так, да. Конец сентября. Все, все логично. Булгаковская осень опять же. Нет, прощай, грусть, это не про нас. Что ты пишешь сейчас? Пишешь ли ты книжку Какую-нибудь очередную свою? Да, да. Она называется "Несделанные фотографии". Это вот не всегда же все-таки под рукой есть Аппарат и не всегда уместно расчехлить телефон и Что-то сфотографировать. Про твою жизнь или про-Нет, Конечно. Такой же, как "Моменты счастья", про все жизни. Недавно на Тверской видел следующую картину: идет Парень таджик, ну, типичный паренек таджик, Вот из тех, кто работает на московских улицах, а К нему приехал папа. Видно, что папа, И он нарядный, он в халате, он в тюбетейке. Ну, то есть как сейчас не ходят, понимаешь? То есть он приехал к нему в Москву погостить. Вот они идут как раз в районе Юрия Долгорукого. И папа так смотрит, сын Что-то ему рассказывает. Вот они идут и впереди, Значит, Полицейские, ну, какой-то наряд полиции. И я вижу, как паренек тушуется, ну, потому что, Наверное, они привыкли. И как-то папа немножечко, ну вот, А тот увлечен разговором, его, ну, отталкивает, Чтобы ну, не дай Бог что там. Ну, какие-то такие вот несделанные фотографии. Это сфотографировать невозможно, это можно только, Только описать. Смотри, к нам еще кто-то пришел. Алло! Здрасьте, Здрасьте. Здрасьте. Здравствуйте. Ну, мне кажется, вуаль под вашей Шляпкой это чересчур. Как вас зовут? Алло! Елена. Елена. Елена. Вера, Алекс. Очень приятно. Елена, что привело вас в бар "Зеленая Тоска" этим вечером? Так, сейчас расскажу. Во-первых, я очень люблю телекон--включилась поздно, И я всегда пытаюсь дозвониться. Мне так нравится, когда дозвониваюсь. Дозвонилась редко. Сегодня второй раз жизни. Здорово! Приветствуем вас. Вот. Вера, вы пишете стихи и пьесы, Правильно понимаю? Пьесу вот только начинаю первую писать, Так что буду пьесы когда-нибудь писать в будущем, но Пока нет. В основном детские сказки, Что ли? Или я не-Детские стихи, детская книжка Выходит вот сейчас. Ой, замечательно! А где можно посмотреть, послушать, Почитать? Лежат в книжных три штуки, три разных книжки. И в интернете огромное количество всего, В том числе всяких концертных записей, Когда это с музыкой, с видео, с, Ну, выглядит целым, да, концертом выглядит. Вот так что прям в YouTube куча всего и Везде. И в ЖЖ есть старенький, В котором они лежат прям сотни, их больше пяти Сотен, Алекс, я тут недавно посчитала. Вера, как же я рада, что вы в эфире! Для меня с ваших стихов началась Москва, Потому что когда я приехала сюда пять лет назад Такой же дождливой осенью, для меня началась новая Жизнь, И саундтреком к ней был восхитительный "Знак Неравенства". Спасибо. Вам спасибо. Давайте, Лера, хлобыстните с нами что-нибудь на Расстоянии. Да-да, мы вам что-нибудь, Кальвадоса какого-нибудь вот можем... Ну что, могу тебе, э, Что-то прочитать. Надо как-то, правда, заменять в Тексте, Э, непри--непристойные слова. Тут памятка висит в нашем баре-Да. -что мы не ругаемся. Ну, давайте так. В нашем баре есть еще и Культурно-развлекательная программа. Вот вы здесь, вот вы. Здрасьте! Алло, алло! Я тебе расскажу, почему я Пришла в этот бар. Сейчас я посажу человека. Как вас зовут? Да, привет. Как вас зовут? Алекс. Вера, добрый вечер. Мне бы Филипп. Филипп, вы присядьте вот здесь, вон, вон на том Черном стуле-Вовочка. -с потертым бархатом. Да, нам сейчас Вера Почит-почитает, а потом мы с вами поговорим. Фил, давай! Тс! Я простой человек, Я люблю сырники с какао и чтобы никто ни На кого не орал. Я два месяца как бросила бухать, курить и спорить С идиотами. Даже со всеми бывшими своими я прекрасно дружу, Потому что они отличные, в сущности, мужики и стоили Всех моих слез. А что мы были молодые дураки И совсем не берегли друг друга, так это очень Надо настрадаться, чтобы осознать. С шестнадцати лет, то есть половину жизни с момента Заведения ЖЖ, я живу в поле такого напряга. И люди такое мне пишут десятками сообщений в день, Что все конфликты и недопонимания в реале кажутся Мне ранней прозой Николая Гоголя. Насколько насмешливой, настолько же и беспечной, Уверенной в абсолютной неколебимой гармонии бытия. Кто давно завел себе первый аккаунт в соцсетях, Тот с людьми в реале почти никогда не ругается. Ни на секунду, даже в дни собственной лютой Ничтожности и бесполезности я не забываю, Насколько мне повезло. Вот здесь родиться, это узнать и прочесть, Вот с этими людьми дружить и иметь возможность про Важное расспросить, столько всего увидеть Перечувствовать. Довольно часто мне, правда, Кажется, что вся сюжетная составляющая моей жизни Закончилась несколько лет назад, и со мной давно Ничего не происходит по-настоящему существенного. Но это, предполагаю, меня так контузило последней Крупной катастрофой и когда-нибудь, да все начнется Сначала. Даже со страной моей у меня вполне понятные Устоявшиеся отношения. Я вполне отдаю себе отчет, зачем я здесь все Это наблюдаю и фиксирую. Никто мне не докажет, что здесь никакого будущего Моего и мы никому не сдались. Судя по тому, что я в зале вижу от Питера до Челябинска, мы как раз тут нужны как Никогда, и у нас вагон работы. У людей невероятные лица, и задают они удивительные Вопросы. А что эта территория вырожденцев и упырей Это абсолютная ложь. То, что тут веками ничего не проговаривается, не Объясняется, не анализируется, не прощается, Не признается, не вылечивается, не пересматривается. Ну так мы же зачем-то учились связанно говорить на Родном языке, чтобы хоть что-то успеть изменить, Хоть самую крошечную малость успеть написать, Снять, спеть, сыграть, сказать что-то, что немного Сдвинет границу необъятной мертвой зоны умолчаний, Которую все послушно обходят, не задавая вопросов. Поэтому я никогда не завидую чужому баблу. Ни на какое бабло не купишь любящего отца, ни Нормальных друзей юности с тем же диагнозом, Что и твой, или собственную великую книгу, Написанную относительно молодым. А все остальное в целом тщета. И никогда любви и семье, потому что это очень Много, прежде всего работы над собой. Тебя топтали в детстве, а ты растишь целых непуганых Детей. Тебе приказывали, ты договариваешься. Тебя предавали, а ты своих не сдаешь. Но мучительно завидую творческому бесстрашию и Упорству, которого мне досталось очень мало. Я вообще не умею толком последовательно работать. У меня ненасытный внутренний критик, и каждому, Кто способен по пять часов ежедневно рисовать, Сочинять музыку или расписывать эпизоды, я завидую Как душный бездарь да икота. Я завидую даже конченым графоманам. Пока они пишут и пишут, а они по многу, Они совершенно счастливы. Мне очень до них далеко. И вообще единственный навык, который гарантированно Приводит к счастью, это умение пахать без продыху, Бурить, пока не хлынет ключевая вода, а она Обязательно в какой-то момент прорывается. Я была хваткая, очень легко по верхам Запомина-запоминала, никогда особенно не кормила над Уроками, чтобы хорошо учиться, имела богатое Воображение и теперь по всем показателям проигрываю Людям, у которых все это время была просто каменная Задница. Пожалуйста, не будьте как я. Выключите эту адову машинку и немедленно сядьте за Дело жизни. Иначе при почти идеальных картах вы Неожиданно все проиграете. И ладно бы кому-то, а то просто так, В никуда. Очень точно ты, конечно, про контузию. Когда ты--ну, есть ощущение, что Что-то происходит в мире, а ты у тебя же Вроде тоже есть движение, а нет. Ну, э, это же все в слоях происходит. Событийные то слои, они давно не описывают то, Как на самом деле твои дела. Это я довольно давно заметила, и меня это поражает, Потому что как только ты начинаешь рассказывать Событийную сторону, вроде как ездили, Видели-Концерт, Смотрели, были что-то, И это ничего ровным счетом не описывает. А тебе говорят: у нас этого нет, а у Тебя есть. Ты что, да? Вот есть такое. Больше того, ты испытываешь Неловкость, потому что все это, Как правило, никак не отражается на долгой Какой-нибудь тягучей войне с самим собой, Которую ты ведешь очень тихо, и никто о ней Не знает. И снаружи все выглядит, знаешь, Instagram у каждого Из нас невероятно триумфальный, И это ничего не говорит о нас настоящих вообще. Добрый вечер. Как же вы умеете уловить настроение! Вот стою на балконе, курю, слушаю вас. За десять минут до начала программы увидел Фотографию своего бывшего молодого человека с Другой. Он с фотографии смотрит такой счастливый, улыбается, А я одна уже очень долгое время. Да, грустно это все. Спасибо вам за вечер, Вера и Алекс. Ой, вот у нас очень, очень Точно. Точное попадание в "Бар Зеленая тоска". Прямо главное и лучшее наше потертое кресло у камина Занимает девушка, курящая на балконе, Получает бесплатный штрафной Бокал самбуки горящей. Вообще мы, мы очень рады ее видеть, Очень хорошо знаю это состояние. А она красивая? Вот я хотел спросить у вас, жалко, что вы Нам прислали. Ну, просто как она выглядит? Послушай-Ей же придется учить все его привычки. Вот как он нервничает, когда, ну, ему звонит Начальник, например. Ну еще ж то, что-Да недолго Они продержатся. Да конечно, нет. Да, Филипп, Филипп, извини, пожалуйста, Вас тут забросили. Филипп? Очень уютно устроился под ваше такое- Тоже у камина где-то, да? У камина нашего. Нет, не у камина, Почти на, почти на кухне. Хорошо. Такой московский-Поговорите с нами, Филипп, что привело вас к нам сегодня? Ну, вы знаете, В целом, когда приходит вечер, В такие промозглые дни как-то становится, Наверное, все-таки немного уютнее, если, Ну, когда есть кров, когда особенно тебя кто-нибудь Ждет дома, Где есть--ну, когда свет включается в домах, Как-то, ну, в Москве становится как-то поуютнее, Как я уже сказал. Вот. А так Приятно слушать вас. Приятно слушать радиослушателей. Приятно ждать жену домой, Вот, приготовив ей пирог. Хоть жена есть и то здорово. Вообще это очень--и пирог, ты понимаешь? И пирог. А с чем пирог-то? Яблочный штрудель. Яблочный, вообще. Штрудель. Вообще. Корицы добавить? Нет, корицы нету, не нашел, и в тумбочке не Было. Надо будет купить в следующий раз. И то хорошо. Жене-Ванильная, ванильная пудра есть. Жене повезло. Поклон ей от нас большой. Если вы что-то хотите заказать, я понимаю, что у Вас на самом деле относительно счастливая история Для бара "Зеленая тоска". Но если вдруг вам нужна какая-то песня, может быть, Мы ее можем для вас поставить, Филипп? Да, мы принимаем заказы, но песни не ставим, Не выполняем их. Мы просто, просто пока разговариваем, как-то до Песен не доходит. Но если вы вдруг хотите что-то Услышать, мы это примем к сведению. Спасибо, Филипп. Прошу вас, три восклицательных Знака. Скажите, откуда этот отрывок? Много знаков вопросов. Это Подзамочный пост. Да, это вот считайте, что впервые, может быть, Было обнародовано. Это вообще впервые звучит. Я просто--это странная история. Facebook и его просторы без замков кажутся мне куда Более враждебной средой, чем возможность в баре "Зеленая тоска" под вечер в четверг прочитать Такой текст, потому что он просто, ну, Объясняет, почему я сегодня здесь, например. Это моя причина, по которой я пришла к Алексу. Спасибо тебе. Ну, кстати, с этим моим Заклятием, наложенным злой колдуньей о том, Что я вообще ничего не умею делать регулярно и Работать в том числе, да? У меня же такая странная работа. Вот Орхан Памук, например, в своей книжке говорит, Что он садится каждый день и пишет по пять Часов. Даже если у него в итоге получается один Абзац текста, это стоит того. Иногда не--иногда вообще ничего не получается. Но пять часов за большим грубым дубовым столом он Сидит, и поэтому он Нобелевский лауреат, Понимаешь? А я вот не сижу и дубового стола У меня нет. И в какой-то момент ты понимаешь, Что ты даже не можешь оправдать Собственное существование в собственных же глазах. И тут я решила как-то этот вопрос. Я пошла, будучи, в общем, человеком с тремя Книжками, изданными, как утверждает мое Издательство, изданными больше статысячным, Больше уже суммарный тираж, больше чем сто тысяч. Это очень удивительная история. Ну да, да, да. Но я пошла учиться в Creative Writing School и Там вот выполняю каждый день какое-нибудь задание и Смотрю какую-нибудь мотивирующую-Зачем тебе это? Зачем тебе учиться писать? Нет, это я не-Ну, учиться писать креативно. Не столько училась писать, сколько я задаю себе Рамку Ежедневной работы, которая мне нравится, Потому что я по-другому заставить себя, кроме, Кроме дедлайнов, которые у меня есть по сдаче моих Домашних заданий, Никому не интересно, написала ли я сегодня что-то Или нет, понимаешь? А там сидит человек, который Ждет от меня домашку. То есть это своего рода такой, да? Понимаешь? И я его расстрою, если я ему ничего Не пришлю. И это очень помогает. Прямо это очень, очень помогает. Это прямо мобилизирует. Причем там списки литературы. У меня есть лучший друг, он приходит, мы наливаем По бокалу вина, садимся перед компьютером, смотрим Лекцию какого-нибудь выдающегося литературоведа об Образе и напряжении образа, там, и энергии в Повествовании и так далее. Потом мы делаем домашнее задание, потом расходимся. В этом есть много благородства, мне кажется, В том, как, в том, как встречаешь старость. Боже, как интересно! Я тебя еще порасспрашиваю об Этом. Давай на радио как раз будет небольшой Перерыв. А мы вон что-то Филипп совсем расплакался. Пойдем к нему, подойдем и успокоим его. А вы не вздумайте отключать радиостанцию уж тем Более предавать нас и переключать на другую дурацкую Волну. Наш бар "Зеленая тоска" открыт. Звоните, пишите. Бар "Зеленая тоска". Маша пишет: "Еду в пробке к вам в бар "Зеленая тоска". Мне просто грустно. Может, потому, что на улице приятная прохлада. Может, потому, что не успею доехать до вас, а Скорее всего, потому, что ни на что не хватает Времени. Вечно много работы, пробки, Родители далеко, друзья заняты. Хорошо, что вы есть уютные виртуальные собеседники. Вера Полозкова сегодня в баре "Зеленая тоска". И Алекс Дубас Разливает в длинную череду стопок. Что вы разливаете, Алекс? Я разливаю фортепианные гаммы и какие-то грустные Песни. Прекрасно. Вот, например, эту. Звоните семьсот тридцать сто один. Дозвонившись до нас, вы автоматически попадете в наш Бар, бар "Зеленая тоска". Еду по Стожонки. А вот смотри, как нас приветствуют: тоскливого Вечера. Спасибо и вам. Вы просите поговорить. Хорошим продолжением будет Песня Арбениной "Поговори со мной, Ольга". За зеленую тоску опрокину рюмочку. У нас в Саратове погода мерзкая, собаки мокрые, Кошка орет и вообще. За фото финтос тебя благодарят. Спасибо большое. Никогда не знаю, Где что отзовется. Ну что ж, у нас, У нас очередной гость. Здравствуйте. Алло! Добрый вечер. Ну, вы кто у нас? Алло, здравствуйте. Как вас зовут? Вы про-Меня зовут Алексей, я из города Пензы. Вот Алексей. Алексей, я тоже Алексей. Это значит защитник. И что некого защищать, что ли? Есть кого защищать. Сейчас вот поеду к девушке. Одеваюсь, собираюсь. Просто включил радио, услышал вас. Да, у нас тут тоскливый вечерок. Расскажите, что не--что не сложилось сегодня? Ну вот к девушке все таки поедете. А что вот сегодня не задалось явно? Нет, знаете, вот Я немножко, может быть, не в тему, но я Не мог не позвонить. Просто Вы мне сразу придали такое отличное настроение. Я на самом деле позвонил признаться вам в любви. Люблю и Алекса слушать. Очень люблю стихи Веры. Кстати, 15 октября мы с вами увидимся. Ну, по крайней мере, я вас увижу. Да, да, да. У тебя концерт, да, какой-то? Да, у меня концерт с Пензы как раз 15 Октября. вот если увидите на седьмом ряду моргающего Вам парня, это я. Как это прекрасно! Вообще я вот уже, уже не Просто так поеду, какое-то будет, Как-то будет обитаема эта моя Пенза в этот раз. Я в седьмом ряду, в седьмом ряду на этом Месте. Помню. У меня будет какой-то там миф о Том, что я кого-то родного встречу. Да. Да, да, да. Мы там играли как-то раз В Доме культуры. Очень было давно и очень прикольно. Так назывался клуб очень небольшой, который мне Очень понравился там. Ну, то есть вы счастливый человек, У вас все хорошо, и в бар "Зеленая тоска" Вы просто зашли поздороваться. Залетный, да. Просто зашли поздороваться перед тем, Как отправиться на свидание. Мы очень вам завидуем, Алексей. Мы бы тоже куда-нибудь сбегали на свидание, Но как-то, как-то все по-другому разворачивается Почему-то. Спасибо, что вы зашли. Я уж, честно говоря, подумал, Вы из тех, кого я называю излучателями счастья, Которые там: я поделюсь с вами лучиками счастья. Не грустите, все будет хорошо. Нет ничего более вдохновляющего, ты же знаешь, Алекс, чем ощущение чужой глубокой ничтожности. Сразу чувствуешь себя каким-то, Ну, не так и плохо все. Ну ведь правда, это бодрит, понимаешь? Особенно здесь. Знаете, что вы если к нам сейчас идете в Бар, вы Зайдите и присядьте вот там на лавке рядом с Филиппом. Пока я сейчас Веру попрошу еще-И со Всеми нашими другими виртуальными Гостями. Еще нам что-то почитать из своего, Из Подзамочного. Из подзамочного тебе почитать? Ничего нельзя сказать в простоте, ничего Опубликовать. Поэтому я люблю молча. Молча наблюдаю, как меняется с прорастанием в сыне Центр равновесия мироздания, как уплывает от меня Вся беспечная моя эгоцентрическая юность, В которой ничего не было важнее, Чем что тот-то или тот-то скажет обо всем этом. Как собственное тело, не такое уж ненавистное мясо, Раз собрало и выкормило такую красоту. Как после того, как родишь кого-то, становишься Сразу в разы более смертен, телесен, Зверин, преходящ, но и чудотворец. Как наша старость была страшной антиутопической Абстракцией, а теперь стала жилой и теплой, Потому что мы уже хорошо знаем людей, которые Закроют нам глаза. Как раньше про любого красивого острого на язык Человека думала вот бы ему понадобиться, а теперь Думаешь издалека как повезло с сыном кому-то. Как хочется обнять себя маленькую, оставленную со Всеми этими эмоциями, которые больше тела, Наедине. Как упали, сразу возникли вошли резко все Эти бесчисленные дети на улицах, на которых орут, Давят, стоят в рост их больные родители. Как хочется себя предостеречь насчет всего, Что было с тобой когда-то упущено, чтобы не потерять Ребенка ни в каком возрасте, а не только на Раннем сроке, как ты боялась. Как больше нигде ни один, не сам по себе, А словно с каким-то своим небольшим сиамским Близнецом на долгой серебряной струне, которая все Время вибрирует. Как многого больше никогда уже не будет. И как жаль этого. Как далеко надо оказаться, чтобы увидеть все, Что дорого, свободным от помех. Как ты сидишь, и муж твой, все еще выглядящий Рядом с тобой противозаконной старшей школой, сидит Тоже. И как вы вроде бы все упустили, но Пока упускали, умудрялись быть так счастливы. Спасибо тебе. Седина, да? Как у тебя отношения со своей сединой? Твои года твое богатство. Для меня главное твое стихотворение о старости. Да, у нас бар "Зеленая тоска" для таких. Это, конечно, про очки Для близи на бродочке, а для дали у тебя На-На голове. На голове. Привет! Алло! Добрый вечер. Добрый вечер. Ну, не знаю, насколько он добрый. Чего хорошего то? Ну, я тоже не знаю. У меня даже несколько поводов накатить. Так. Так, так. Начнем с основного. Ну, во-первых, вы уж меня простите, Я похохмлю. Это реклама Димы Маликова? Да. А как вам? А как вам Титаник, который мог бы не утонуть, не столкнувшись С айсбергом? Я здесь свежий человек, знаете, я редко Тут бываю, раз в полгода. Я просто удивлена многому тому, Что я слышу по радио Серебряный дождь. Ну, это вот да, это же повод для фантазий. Что бы было бы с Титаником, если бы он Не утонул? А что там было бы? На самом деле ничего бы не было. Как ты думаешь? Долгое время не получается чувствовать, Вера, ни Любить, ни плакать. Алекс. Я вот рисую сутками напролет, день и ночь Перемешались и больше ничего. А ведь на меня люди равняются, любят, переживают, Интересуются. мне не интересно. Вот кто я? Никто. Курю, рисую, рисую, Курю. Вообще какое счастье! Вы даже не представляете, сколько людей сейчас к вам Испытывают острую зависть. Вы рисуете и курите. Вы осуществляете Большую душевную работу, потому что просто так, Как вот люди, которые не могут не рисовать, не Курить, не переживать по этому поводу, это гораздо Страшнее. Страшно, мне кажется, Не когда что-то происходит, а когда ничего не Происходит. Вот раньше в юности казалось, Что какая-то вот личная катастрофа или какие-то Крушения иллюзий, или что-то, что-то это очень Страшно. А потом ты выяснил, что это вообще, Это часть большого процесса учебного. А когда вот его нет, когда ты ничему не Учишься, когда ты один и тот же на протяжении Лет, вот это страшнее всего. А то, что вы сейчас делаете, вы очень над Собой растете. Я не то чтобы тут штатный Поддерживатель в баре Серебряная тоска, Я просто очень вам завидую, потому что если у Меня возможность была курить и рисовать, Ни на что не отвлекаясь, мне кажется, я была Бы очень счастлива. Ну, по крайней мере, какой-то Своей половине. Спасибо вам большое. Спасибо, Вера, спасибо за, тебя благодарят за Тексты, которые ты читаешь. Не знаю, можно ли это назвать стихотворением. Нет, нет, это все дневниковые записи вообще, Просто по теме. Угу. Привет! Алло! Алло! Здравствуйте. Здрасьте. Как вас зовут? Олег. Олег. Олег, как, Как вы справляетесь с таким довольно стылым вечерком В своей жизни? Вы знаете, спокойно очень справляюсь. Тоже, вот, наверное, в унисон Алексею позвонившему Скажу, что меня как-то приободрили тексты Веры. Они настолько пронзительны и хороши, Что хочется жить. Ой, приятно. Спасибо. Несмотря на то, что они, в общем, о крушении- Спасибо вам огромное, Вере и Алексу, что он вас Пригласил в этот чудесный тоскливый бар этим Прекрасным вечером. Хорошо. Желаю всем счастья. Спасибо вам огромное. А сам-то, сам счастлив? Да. Ух ты! Представляешь, секунду заняло размышление. Это же очень круто. Но уверенно прозвучало. Очень уверенно. Мы вас поздравляем и стараемся к вам Как-то приблизиться, хотя бы в мечтах. Быстро отвечать, что счастлив. Спасибо, спасибо. Почитаешь еще нам что-то? Давай. Есть у тебя То, чем ты хотел бы поделиться с нами-Могу. И так уже Разгоряченными. И теплом этого камина. Ммм. У вас восхитительные гости. В Пятигорске дождь и ваша атмосфера как теплый плед. Благодарю от всей души. Именно Пятигорск. Мы говорили с тобой про детскую Книжку. Я могу из нее относительно Свежее стихотворение прочитать, которое в нее Успевает войти еще. Давай, конечно. Есть дерево в лесу всего древней, С опятами у кряжистых корней, поросшее лишайником и Мхами, в колючках, просто так не подойдешь. Раз в год оно, как яблоками сплошь, тугими Покрывается стихами. Найти его немалых стоит сил. Но папа каждый вечер приносил стихов из леса с Хвоей и зорою. Он складывал их горкой на столе. Они горели, спелые в тепле, исходили терпкою смолою. Они горели, радостные здесь, проводники открытий и Чудес вели далеким и прекрасным садом. Они умели и стереть от слез, открыть глаза, Ответить на вопрос, который еще даже не был задан. Все лето мы хватали наугад стихотворения, И каждый был богат без клада, каравана или жезла. Другим на вкус был каждый новый плод. Когда же мы вернулись через год, тропинка к тому Дереву исчезла. Дни наши стали скучны и тихи. В лесу густом без нас росли стихи те, Что мы вместе слушали часами. Но дерево волшебное во сне все в серебре является Ко мне и разными смеется голосами. Клево. Клево. Спасибо тебе. Вот сейчас, пока мы говорим, зазываем всех в наш Бар, Мне кто-то, Ирина пишет: "Еду в смокинге на Мероприятие такая красивая, но совершенно Недовольная собой, потому что опаздываю на два часа, На два, а параллельно ищу сову в аренду. Сову. Если у кого-то есть, привезите сейчас в Корловское, а то без совы тоска". Да, вот заботы у людей. Ирина, очень хорошо. В смокинге с совой- Гарри Поттеровская что В мире, в мире с самой Собой. Главное быть в мире с самой собой. Невероятный эфир сегодня и по-другому смотришь на Мир вокруг. Пробка, но не раздражают даже включенные Противотуманные задние огни автомобиля впереди. А на улице-то свежо как! Не замечал еще минут назад. И Нижний Новгород какой вечерний красивый. Очень красивый. Вдруг улыбка появилась, Да, и замерла на моем лице. Такое счастье, что я именно здесь, в этой пробке, Сегодня и сейчас. И вот голос Алекса Дубаса Прочитает мою СМС. Кирилл, 26 лет. Кирилл. Хорошо. Хорошо быть молодым, молодым и пьяным бым, Как говорил Сергей Гандлевский. В Нижнем Новгороде. В Нижнем Новгороде, да. Здрасьте. Хочешь, почитаю тебе это стихотворение Сергея Гандлевского? Оно очень подходит к нам Сегодня прямо. Давай. Оно мое любимое совершенно. Давай я пока привечу вот человека. Здрасьте. Алло! Алло! Здравствуйте. Здравствуйте. Алекс? Ну что, никаких перспектив, да? Ну почему? Перспективы всегда есть. У нас сегодня все очень счастливые звонят. Ты понимаешь, в бар "Зеленая тоска" сегодня завезли Счастливчиков просто, высадился автобус целый. Ну зачем, зачем унывать? Е-мое! Ну, может быть. Расскажите, хорошо, расскажите-Ну давайте бодрячок. Давайте, расскажите нам-Расскажите, что хорошего, Да. Хорошего? Ну как вам сказать? С пяти утра день не Задался, уж на то пошло. Так, что произошло в пять утра? Ну, в пять утра, во-первых, я опаздывал на объект, Как говорится, это плохо, это штрафные санкции, Все тому подобное. Потом московские пробки, Это очень--и вот, это, как говорится, Усугубляет все в основном. Мне кажется, московские пробки делают такое прям Поколение философов. Давайте, давайте все валить на Московские пробки. Нет, нет, нет. Просто это специально, мне кажется, Для того, чтобы люди растили смирение, терпение и Учились жить в тишине, знаешь. Мы прервемся на пару-тройку минут, но наши двери Нашего бара еще распахнуты. Семьсот тридцать сто один. Звоните и заходите. Бар "Зеленая тоска". Ты вот нам читала, Вера, два текста. Точнее, ты прочла три, но один детский, Мы его скоро увидим. А вот где можно найти, Женя спрашивает, те тексты Подзамочные, например, про седину мужа? Пока нигде. Вот ответ Евгения, видите? Я даже не знаю. Я думаю, что я не Буду их нигде публиковать. Просто сегодня такой вечерок. Даже и надежды вам не дала, Вера, Что вы хотите? Такой вечер в баре "Зеленая тоска". Не, я просто, я просто честно. У меня есть большая, У меня есть большое предубеждение против людей, Которые публикуют, знаешь, свои там Онлайн-дневники, записки и так далее. Это, во-первых, мне кажется, неприжизненное немножко Дело литератора разбирать. Во-вторых, это не литература. Вот когда ты так поступаешь со своим уже, Ну, как бы наследием, ты совершенно не заботишься о Читателе. Потому что литература это все-таки Литература, это тексты, над которыми ты работаешь Месяцами, переставляешь слова. Вот как я была недавно на встрече С Юрием, Юрий Буйда такой есть или Буйда, Не знаю. Буйда, наверное. Прекрасный писатель русский, которого я рекомендую Очень. Он рассказывал о том, что у него Первоначально там рассказ на семьсот страниц, Потом он его сокращает там до шестидесяти, Потом он его переписывает. Он один переписывал двадцать лет. Ну, то есть это работа и это литература в Таком случае. А вот то, что происходит сейчас, Очень сильно размываются все вот эти жанровые Границы. Люди теряют способность отличать одни Тексты от других. Интернет очень смешивает все. И издают книжки своих там жж-шных записей или Facebook, Facebook под обложкой или все это, Мне кажется, это ну как бы немножко неуважение к Собственному читателю. А мы, Мы как будто-- Я сюда? Вон кто-то ломится к нам. Я не знаю, пустить его или нет. Сколько у нас? Две минуты, три минуты осталось до Закрытия. Давай уж, раз не повезло человеку, Так и не повезло. Не попадет он сегодня в Бар "Зеленая тоска". Я могу просто успеть прочитать Стих Сергея Гандлевского, которого мы упомянули и Который, мне кажется, очень подходит к нашему вечеру Сегодня. Сергей Гандлевский "На смерть И. Б." Здесь когда-то ты жила, старшеклассницей была, А сравнительно недавно своевольно умерла. Как, наверное, должна скверно тикать тишина, Если женщине-красавице жизнь стала не мила. Уроженец здешних мест средних лет таков, Как есть. Ради холода спинного навещаю твой подъезд, Что ли, роз на все возьму, на кладбище отвезу, Уроню, как это водится, нетрезвую слезу. Я не лез в окно к тебе из ревности, По злобе, по гремучей водосточной, К небу задранной трубе. Хорошо быть молодым, молодым и пьяным в дым. Четверть века, четверть века зряшным подвигом моим. Голосом, разрезом глаз, с толку сбит в толпе не Раз я всегда обозначался, не ошибся лишь сейчас, Не ослышался мертва. Пошла кругом голова. Не любила меня от роду. Но ты была жива. Кто б на ножки поднялся, в дно головкой уперся, Поднатужился, чтоб разом смерть была да вышла вся. Воскресать, так воскресать. Встали в рост отец и мать, друг сопровский оживает, Подбивает выпивать. Мы Андроповки берем что-то первое колом, Комом в горле слуцким слогом да частушечным стихом, Так от радости пьяны, гибелью опалены в черно-белой Кинохронике вертаются с войны. Нарастает стук колес, и душа идет вразнос. На вокзале марш играют, слепнет музыка от слез. Вот и ты одна из них. Мельком видишь нас двоих, кратко на фиг посылаешь Обожателей своих. Вижу я сквозь толчею тебя прежнюю, Ничью, уходящую безмолвно прямо в молодость твою. Ну, иди себе, иди, все плохое позади. И отныне надо думать хорошее впереди, как в былые Времена встанешь школьного окна, Имя, девичью фамилию выговорит тишина. И уходим мы, не попрощавшись. Что-то хорошее. Бар "Зеленая тоска". Вы слушаете Серебряный дождь. В Москве