Голос сердца

Парень, обними свою подругу, но покрепче. Когда нам будет так же круто, как сегодня вечером. Ведь это глупо, отводить глаза при встрече, Ни слова не сказав, будто потерял дар речи. А мне бы полегче бит и мотив подлиннее, Тогда мои корабли доплывут до твоих веней. Я с ней пока не знаком по идее, Но ты где-то видишь сон на диване, А ты гей. Снежинки белеют, кружатся в ритме вальса. Кто включил фонари в аллее нажатием пальцев? В жизни есть ритм, это, видимо, сальса. Вечером не уходи, не уходи, останься. Нам поплыл маревом акварельных разводов домов, Магазинов, детсадов, заводов. И я как Марио в пучине водопровода. Такая игра: принцессы, грибы и банкноты. Мне в попе гуктоты, я нагряну, Как Рохан на Мордор, ведь рады за гранью зоны Комфорта. Мне бы за граник и пол прямой до Аэропорта. Странно, будто на заднем не хватает Кого-то. Старая кофта, на бирке название стерто. И не стоит названивать тем, кто занят уперто. Здание, проспект под ним, как аорты, И в нем уж век текут тельца с утра По работам. Странно, что я был с тобой незнаком, Хотя мог говорить как-то мысленно честно. И, наверное, был дураком, что слушал кого угодно, Кроме голоса сердца. Странно, что я был с тобой незнаком, Хотя мог говорить как-то мысленно честно. И, наверное, был дураком, что слушал кого угодно, Кроме голоса сердца. Я вижу твой голос, я слышу твой цвет. Я чувствую легкими воздух и свет. Шуршит каждый волос, и никого рядом нет. И катится меж разделительных полос кабриолет. Не считать года, не выдумывать цепи событий, Передавать не по проводам, тут сети нейронных Покрытий. Пусть Плутон и Юпитер, и Лондон, И Питер, луна, свет в больших городах лягут карты Открытий. Мой дом это Млечный Путь. Извините, я не успел даже вздремнуть по прибытию. Удивительно, кем был тот, кто это выдумал, Вытянул. Эта жизнь аттракцион и анекдот, Таким быть ему. И когда я в лабиринте ищу, где выйти, Я вижу нечто вроде путеводной нити. Вытяните меня из череды запары, Затупов, зашкваров, баров и клубов, Ведь я веду себя глупо. Странно, что я был с тобой незнаком, Хотя мог говорить как-то мысленно честно. И, наверное, был дураком, что слушал кого угодно, Кроме голоса сердца. Странно, что я был с тобой незнаком, Хотя мог говорить как-то мысленно честно. И, наверное, был дураком, что слушал кого угодно, Кроме голоса сердца.