Под тысячей лун

На поляне под тысячей лун разливался молочный улун. По траве шелестел туман, кимоно чуть касалось ног. И найти в стоге сена иглу было проще, Чем выискать тут хоть один и мельчайший изъян, Как среди семи стройных нот обнаружить фальшивую. Нет, и в глазах, обрамленных в тушь, Нет ни капли притворства. Что ж, если я потеряю ум, то бери мое Тело вслед, только сердце, прошу, Не трожь. Ведь катана не так страшна, Как бессонная долгая ночь, пятисотая в этом ряду на Поляне под тысячей лун. Кто прогнал эти мысли прочь? Будь мой разум граненый алмаз, строго сточенный Тысячей книг, он растаял бы, словно ледник под Лучами горячих глаз. Ночь легка, словно шелк на ветру, и остра, Как заточенный край. Так пил чай молодой самурай на поляне под тысячей Лун. На поляне под тысячей лун лился в чашки Молочный улун. По траве шелестел туман, кимоно чуть касалось ног. И найти в стоге сена иглу было проще, Чем выискать тут хоть один и мельчайший изъян, Хоть один незаконченный шов. На поляне под тысячей лун лился в чашки молочный Улун. По траве шелестел туман, Кимоно чуть касалось ног. И найти в стоге сена иглу было проще, Чем выискать тут хоть один и мельчайший изъян, Хоть один незаконченный шов.