Свои

Качель одинокая В нашем дворе Скрипела лениво на ранней заре. Под окнами тихо дышал старый двор, Где детство казалось бескрайним, Как сон. И мама с крыльца нас звала на обед, Но тянули к реке нас леса и поля. Мы где-то терялись до самой зари, И мир был огромен, пока мы свои. Свои это шепот костра в темноте, Свои это смех над рекой в тишине, Свои это лес, где тропа наугад вела нас когда-то Сквозь солнечный сад. Свои, и пока в седину висков ложатся неспешные Годы, живет эта память полей, костров, Как запах вечерней свободы. Мы с удочкой утром спускались к реке, Где туман поднимался На тихой воде, И солнце скользило по сонной волне, Как будто дорогу показывало мне. Потом мы ныряли с песчаных камней, И день растворялся в горячей волне. А яблоки падали в старом саду, И смех разлетался по целому дню. Свои это шепот костра в темноте, Свои это смех над рекой в тишине, Свои это лес, где тропа наугад вела нас когда-то Сквозь солнечный сад. Свои, и пока в седину висков ложатся неспешные Годы, живет эта память полей, костров, Как запах вечерней свободы. От зари до зари разгорался костер, И искры взлетали в высокий простор. Отец у огня говорил иногда такие простые, Как правда, слова. Теперь серебром пробежали виски, Но стоит вернуться туда на шаги, И двор оживает, и скрипнет качель, И рядом опять собираются все. Свои это шепот костра в темноте, Свои это смех над рекой в тишине, Свои это лес, где тропа наугад вела нас когда-то Сквозь солнечный сад. Свои, и пока в седину висков ложатся неспешные Годы, живет эта память полей, костров, Как запах вечерней свободы.