alone. E

I feel fine, doctor Adams. Why the hell would I open up to you? I'm a bird. Legs or not, I was- Вы сидите, жрите, жрите друг друга дальше. Пускай вами тут крутят как баранами. Хотите сами дурнуть дурните, в дерьме возить Возитесь, свое гребаное прошлое перекапывать давай. А дети? В чем виноваты детей? Вы зачем заживо хороните? Ты сам-то баран, сам-то продался. Никто с тобой никуда не пойдет. Куда ты нас в ловушку завести? Сколько тебе заплатили? Да сдать его! Еще из-за этого говна отношения с Ганзой ломать. Так хватит. Встал Сухой, прикрикнул. А ты за своим присмотрел бы, вон, там продался Каким-то. Мало нас травил сколько. Мы, может, и не болели бы, если эта сволочь Все время герметик там не нарушал. Ты не лезь к нам наше. Мы сами ясно. Это наш дом. Тём, я с тобой, я с вами, пожалуйста. Вали, проваливай, пока не выдали. Страдать еще за него. Ильиных рука нашарила Артемов указательный палец, Обняла, вцепилась, но Наталья дернула и утащила его. Глаза у Артема потекли. Пап, он оглянулся на Сухого. Пап, а ты что? Я не могу, Артем, мертвым голосом прошелестел Сухой. Не могу с тобой. Как я людей брошу? Артем поморгал. Голова кружилась, стоял булыжником в глотке, Сожгу. Да ебись оно все ко мне в этом Вашем метро. Я за вас сдохнуть готов был, А тут и сдохнуть низко вам. Смел он с грохотом и лязгом со стола тарелки С человеческой свининой, опрокинул скамью. За ним шагнул Аня и плелся за чем-то следом Илья Степаныч. Ты что ль наверх собрался? Спросил у него Артем. Нет, я нет, я тут. Я про вас. Артем, я про все это разрешите Написать. Мне разрешите книгу. Я в ней все как есть, честное слово. Пиши, бля, ни хера ты не напишешь, и никто Это читать не будет. Прав комер, сука старая. Всем сказки не нужны.