Мидгард

Рисует планеты. Миллиарды лет Лететь до гений. Если не творить, ну или не вытворять, Значит, как пескарю идти в пещеру и там ждать, Что пройдет это все скоро? Нет, брат, это все с нами надолго, как течет Река Волга. А мы не выиграли с тобой билет В Илли-Вонга, поэтому трудом своим, Кровью и потом все заберем. Это участие в гонке. Жизнь это русские горки. Гром не грянет, мужики не перекрестятся. Что они несут там? Это просто околесица. Тупо все блокировать то дело бесполезное. Может вместе думать, простите, будьте любезны. Знаю, не в свое я дело лезу. Это просто летят щепки при плановой рубке леса. Засыпаем, ждем под утро свежую прессу. Что там пишут, а? Этот монолог мой может быть мимо кассы, Но каков итог? Добавится фан-база. Чей маня мирок был хрупкий, как ваза, Разобьется в пыль, а чудо монументальность. Перед нами стол, на стол стволы и карты. Значит, решено, а за Макиавелли правда. Можно лишь вопрос от жителя Мидгарда. Нужно быть каким по новым стандартам? Мне рисует небо звезды, планеты. Миллиарды лет лететь до них свету. Где-то, может, там другой я не рэпер. Может быть ученый, может быть гений. Знает все на свете, шлет мне сигналы. А я же приземленный, мне до вокзала. Поезд в Волгоград, там родина-мама. Я там пять лет назад петляю дворами. Читаю людям текста с пеном в бокале. Я там супер взвешен и популярен. Конечно же, на местности очень локально. И вот я снова здесь, пять лет спустя, Что-то поменялось, что-то осталось. Пусть будет впереди лишь мирное небо. Встречайте города, встречайте вокзалы. Я вам буду читать про звезды, планеты. Этот монолог мой может быть мимо кассы, Но каков итог? Добавится фан-база. Чей маня мирок был хрупкий, как ваза, Разобьется в пыль, а чудо монументальность. Перед нами стол, на стол стволы и карты. Значит, решено, а за Макиавелли правда. Можно лишь вопрос от жителя Мидгарда. Нужно быть каким по новым стандартам?