Мы уйдём за атаманом

Мы уйдем за атаманом по сырой земле. Мы уйдем, и звон заполнит тишину. Попрощаюсь я с рассветом, шашку навострю И прижму к груди любимую жену. Попрощаюсь я с рассветом, шашку навострю И прижму к груди любимую жену. Не грусти, моя родная, буду я герой. И враги от пули сгинут на века. Я вернусь домой с закатом, я вернусь живой, И синица улетит за облака. Я вернусь домой с закатом, я вернусь живой, И синица улетит за облака. Я пишу тебе с чужбины, не тупись, Перо. Заливает небо хмурится на нас. Полегло немало наших, ох, да полегло! Но врагов легло поболе, чем у нас. Полегло уже немало наших полегло, Но врагов легло поболе, чем у нас. Наступать с утра задумал атаман лихой. Вороной мой конь тревожится, не спит. Если в землю я полягу, схорони меня Возле мамкиного дома у реки. Если в землю я полягу, схорони меня Возле мамкиного дома у реки. Я сижу в окопе, мимо пули все свистят. Не осталось, брат, за вас мне ничего. Только перышко с чернилами да зоркий взгляд. Вынул острую я шашку наголо. Только перышко с чернилами да зоркий взгляд. Вынул острую я шашку наголо. Не грусти, моя родная, я сдержал врагов, Но чернила приняла в себя земля. Стало алою калиной все мое письмо, И перо оступилось вовсе у меня. Стало алою калиной все мое письмо, И перо оступилось вовсе у меня. Верный конь мой бьет копытом, нас бьют свинцом. Тело пуля дура жалит вновь и вновь. И чернеют красны зори, и мутнеет взор. Не увижу больше я родных краев. И чернеют красны зори, и мутнеет взор. Не увижу больше я родных краев. Не увижу больше я родных краев.