Было и было E

Когда вы поуспокоитесь? Чем его? Отверткой, что ли? Да не, бабка, на арматурину напоролся случайно. Я дура, по-твоему, круглая. Убивают вас всех когда-нибудь ни за что. Не мы такие, Жизнь такая. А на районе дела плохи, кончились лохи. Не различая, кто ты Вася или пацык Духи. Одеты под спортивки или кожанки готовы. Да были б годы девяностые, сняли давно бы. Время двухтысячных, эпоха тут с колена встала. Второй десяток двадцать третьего года настало. С годами надо мало, все, что надо было есть. Здоровья близким и родным, кентам, кто рядом здесь. Мы не кидаем пухо, Макс накинет на рассказе. Речитатив на стиле Коля Бахер в Гаджубасе. Я сяду в бумер, запущу, перекрещу дорогу. Я помню, как-то ночью не разбился, слава богу. А помнишь, пацаны Серега, Жека, Коля Фюра? Еще по той зиме без прав ебался Я в бордюра. На суете дворы и вечер пятницы Темнеет. Никита тоже не дробит, На сиге че-то тлеет. За горизонтом будет ночь и время молодежи. А ты сидишь убитый плюхой, вникаешь до дрожи. Поймал себя на мысли, что сегодня все не так. Мы собрались все вместе, это все не просто так. Погнали наши городских, Серега скажет в нардах. Одной рукою на раз-два накидывает в картах. Андрюха Чеба на Тойоте Аристе по кругу. В салоне музыка играет, на репите буду. Здорово Алейкум Кургану. Салам, Чикаго. От Фокса привет. Здорово Алейкум, я Кургану передам, однако. Погнали. Здорово Алейкум, я Кургану передам, Однако. И кто бы что ни говорил, Я зачитаю кратко. Не заходя домой, тут я закину в тачку шмотки. Достану из кармана, накручу на пальцы четки. Моя на трубку телефона: ты сегодня будешь? Ты че опять по голосу там с кем-то, сука, Дуешь? И блики фар, свет тумана, А зрачки все шире. И тихо катит из дворов Володя Е34. Тихо, мирно, культурная столица мира. Чикаго, ракамакафака, девочка нига. Тойота цвета пика, колеса точно в масть. А помнишь, Данич, молодыми на мопеде в грязь? Когда с тобою, Костя, мы не знали, че где Взять. И этим вечером поехали курмик забрать. Нахер такие пони, где откинуть можно кони. Когда на лирике сознание отделяешь от боли. Мы с кентами гоним, я помню как-то раз. Где сам на тачке за рулем застряли было в Грязь. Под вечер летом мы в беседке, Дима, Зеля, Гарик. Две тысячи двадцать первый трек и не последний Варик. Ночью угаснут свечи, а жизнь наша не вечная. Но только в памяти останутся моменты вечные.