Зелёный склон live

Ну что ж, наша следующая песня. Стихи на нее также написаны не нами, Я только переводил. Сонеты Говарда Лавкрафта. "Зеленый склон"! Зеленый склон, о котором стоял, Зловещим черным лесом окружен. Две сотни лет шептал седой стар о ужасе, Что скрыл зеленый склон. Детей пропавших так и не нашли, А с пастбищ пропал домашний скот. И стеною стали обходить тот склон, Как будто дьявол там живет. Однажды Оуэн сбери здесь всполошил лишь сшийся от Страха почтальон. Словам его поверить не спешил никто, Решив, что спятил он. Ведь дрожь бросала от его речей, Что холм сожрал дремлю людей. Меж грязных, безвкусных кирпичных стен трепещущие Огоньки нацвели. А масляными ждалы сыпались тлен, Толпой визжащей медленно вышли. И пламени плясали языки, и голуби ворчали тут и Там. И барабаны, и ремитники молились своим Неведомым богам. Безумный хор заголосил еще сильней пересек последнюю Черту. И о, время стая черных голубей взвивалась Все дальше в темноту. И за пределью тысячи когтей наши руки мир уже Несут беду. Наши руки мир уже несут беду. В Отчаянье Завело его, не помнил седины. Во мгле времен он скрылся от людей. Но разум человечий из безжизненной земли поднял его На свет прохладных душ дивых костей. Дома, дороги, стены и покои богачей безумный знак Носил каждый узор. И изваяния неведомых зверей насмешливо взирали со Своих опор. А в самом сердце города на холмца Мы от другого увидели выход. Вниз в подземелье лестница вела, И в бездне таял каменный пролет. Нашелось сердце в ледяной глыба, Чьи это был внизу тяжелый шаг. Чьи это был внизу тяжелый шаг. Они готовы! Спятый от рук древний фермер захотел колодец вырыть У дома во дворе. Лишь на полу, испачканный в земле, Копал он весь день, ругался и бурчал. Смеялись мы над глупыми людьми, А думай себя старик, а он все рыл. Потом сухушку эту он отнес и поздно ночью лемех Свой открыл. Колодец был пуст и махором большим Огром, но старый дед его замуровал. Мы разобрали кладку кирпичей, но дна никто из нас Не увидал. Кидали камень мерить глубину, Но слышали глухую тишину. Но слышали глухую тишину.