Кровью по небу

Я не спал этой ночью, я жёг фитиля. Я макал свою душу в закатный пожар. И летел надо мною из чёрной дали одинокий, Простреленный, гордый шар. Небо было, как холст, натянутый в кровь, И вздыхала над крышами вечная мгла. И тогда я поднялся и поднял и вновь Задрожавшею, Но не сдавшейся рукой. Красною кистью мазал я облака, Красною кистью по горлу небес. Пусть эта краска из вен моих горяча, Пусть этот холст Надо мною воскрес. Красною кистью мазал я облака, Красною кистью по векам, по Векам. И пусть меня не поймут сквозь века, Но однажды вздохнёт Надо мною закат. Мне сказали: художник, ты пишешь не тем. Есть же лазурь, охра, кобальт, Сурик. Я ответил им: синим рисуют затем, Кто не знает, как красен свой собственный крик. Кто-то пишет пейзаж, кто-то тихий портрет, Кто-то яблоки в вазе, окно, виноград. Ну а я обмакнул свою вену в рассвет и Пошёл по холсту, Как по лезвию в ад. А потом меня сняли с распятого дня. А потом мою кисть уронили в траву. И спросили: ну как, старина, ты в раю? Я ответил: не знаю, я Все еще тут. Красною кистью Мазал я облака, Красною кистью сквозь тьму и сквозь свет. Пусть эта краска застыла уже на века, Пусть этот холст надо мной как Обет. Красною кистью мазал я Облака, Красною кистью до самого дна. И теперь я закат, я заря, я река, Я та самая красная в небе Струна. Красною кистью. Красною кистью. Красною кистью Мазал я облака.