Серебристая Колыма

Я был повязан первый раз в тринадцать лет. Залез в ларек, хотелось булочек с корицей. На фарт мне кинули фуфло. Потом поехало, пошло. Не тормознуть, а значит, не остановиться. На фарт мне кинули фуфло. Потом поехало, пошло. Не тормознуть, а значит, не остановиться. Эх, ремеслуха, западло учителя. Прощай, фреза, и здравствуй, душный спецприемник. Я так решетки невзлюбил, что как-то вечером свалил с Дружком Пашкой. Было весело вдвоем нам. На полдороге скусил друг. Меня не взяли на испуг, и я мотался от Острога до острога. Там отъедался, отдыхал. Потом по новой контервал. И, наконец, на Колыме залег в берлогу. Там отъедался, отдыхал. Потом по новой контервал. И, наконец, на Колыме залег в берлогу. Ты знаешь, брат, она какая, Колыма? Ах, Колыма! Мне жалко тех, кто края этого не Знает. Все говорят она не та. А мне по кайфу мерзлота. Ведь не тайги закон, тайга медведь хозяин. На серебристой Колыме мы не скучаем по тюрьме. Здесь слезы наши до земли не долетают. На них здесь радуга висит. У дяди Кози нас спроси. А дядя Козин в этой жизни понимает. На них здесь радуга висит. У дяди Кози нас спроси. А дядя Козин в этой жизни понимает. Кольцом, конечно, здесь, браток, Махать трудней, Но не страшнее, чем очко рвать на делянке. Здесь летом мяса завались. Машку на всех не разделить. Почти весь год братва катается на санках. Здесь летом мяса завались. Машку на всех не разделить. Почти весь год братва катается на санках. Когда вольняшкой Я вернусь на материк. Моя звезда на стылом небе не Потухнет. Пойдет сухарь под маргарин. О том, о сем Поговорим. И вспомним светлую Нагаевскую Бухту.