Мадам

Ты его мадам, Но лишь одна из всех прочих. В трубку кричишь: "Не отдам!" Это знакомый твой почерк. Но с кем он вновь проводит ночь, Ты даже не знаешь. Сама придумала любовь и снова страдаешь. М-м-м. Огни ночного города, такси, И тут слеза льется по щекам. Он не приехал вновь к тебе к шести, Вновь у него какие-то дела. И кусая губы до крови, До рассвета ждешь знакомый силуэт. Ты устала от такой любви, но мчишься вновь, Как мотылек на свет. Ты его мадам, Но лишь одна из всех прочих. В трубку кричишь: "Не отдам!" Это знакомый твой почерк. Но с кем он вновь проводит ночь, Ты даже не знаешь. Сама придумала любовь и снова страдаешь. М-м-м. Вновь пуста холодная постель, И снова ты всю ночь его ждала. За окнами вновь метет метель, и вновь у него Какие-то дела. Наберешь, но в трубке тишина. Сброшен был снова твой звонок. Плачет одинокая душа. Как же он так с тобою смог? Ты его мадам, Но лишь одна из всех прочих. В трубку кричишь: "Не отдам!" Это знакомый твой почерк. Но с кем он вновь проводит ночь, Ты даже не знаешь. Сама придумала любовь и снова Страдаешь. М-м-м. Огни ночного города, такси, И тут слеза льется по щекам. Он не приехал вновь к тебе к шести, Вновь у него какие-то дела. И кусая губы до крови, до рассвета ждешь знакомый Силуэт. Ты устала от такой любви, Но мчишься вновь, как мотылек на свет. Ты его мадам, но лишь одна из всех прочих. В трубку кричишь: "Не отдам!" Это знакомый твой почерк. Но с кем он вновь проводит ночь, Ты даже не знаешь. Сама придумала любовь и снова страдаешь. М-м-м. Ты его мадам, Но лишь одна из всех прочих. В трубку кричишь: "Не отдам!" Это знакомый твой почерк. Но с кем он вновь проводит ночь, Ты даже не знаешь. Сама придумала любовь и снова Страдаешь. М-м-м.