2000 лет (feat. АО, Poslednijkosmonavt)

Все одеты так модно, но у всех отключают холодную Воду. В деревянных прогнивших бараках государство Это твой враг. Вереница к цистерне тянется, по три литра на рыло Держите. Челядь верная вышла в пятницу, Ведь в выходные ничего не починят. В магазинах никакой жидкости. Ну, Тамара Семеновна, как это? Я пока шел, даже жилы стер. Семьсот километров до супермаркета. И куда ни сверни, везде то же, Что осталось стоять за углом. Лишь уебашу впотьмездорожью. Можно скрыться от окон Гугла. Отмываешь щетину до сквозных дыр, чтобы сфоткаться в Tinder или в бадлу. Две тысячи лет прописки в аду, Две тысячи лет без горячей воды. Отмываешь щетину до сквозных дыр, Чтобы сфоткаться в Tinder или в бадлу. Две тысячи лет прописки в аду, Две тысячи лет без горячей воды. Две тысячи лет Гугл сверкает, до деталей идет Мертвый вихрь. Я целую его в кости, затем смажу слезами и Сожгу с еретиками очередной планетарий. На детях по тленю ГБшный залог. Цветок мне сказал, что летать западло. Зло ключу затылкой, я такой заводной. Соснул горячую воду вином. Дядя Путин трогает меня, где не надо. Бросит на ушко: "Петь, а усато дарить пару гвоздик?" Видит военный театр одна его команда, И я знаю, что свято. Я люблю мать Россию, мой отчим взвод. Я люблю мой полунакрытый стол и знаю, Где слово не приведет зло. Красное солнышко светит крестом. Утро стреляет лучами в лицо. Будильник рвет перепонки, напоминая, Что счастье лишь то, которое ты не сможешь Запомнить. Беззаботные годы веселья похоронены в Недрах дивана. В пыльной коробке отсеке мы повзрослели так рано. По карманам распихана мелочь. Дотянуть хотя бы до завтра. А в телевизоре вечером нам снова расскажут про Запад В сгнивающей лжи и пороках. А у нас все, конечно, прекрасно. Бутылка "Столичной" и корка Бородинского это Праздник.