К Музе

Есть в напевах твоих сокровенных роковая о Гибели весть. Есть проклятье заветов священных, Поругание счастья есть. И такая влекущая сила, что готов я твердить За молвой, будто ангелов ты низводила, Соблазняя своей красотой. И когда ты смеешься над верой, Над тобой загорается вдруг тот неяркий Пурпурово-серый и когда-то мной виденный Круг. Зла, Добра ли, Ты вся не отсюда. Зла, добра ли, ты вся не Отсюда. Мудрено про тебя говорят. Для иных ты и муза, и чудо. Для меня ты мученье и ад. Зла, добра ли, ты вся не Отсюда. Для иных ты и муза, и чудо. Для меня ты мученье и ад. Я не знаю, зачем на рассвете, в час, Когда уже не было сил, не погиб я, Но лик твой заметил и твоих утешений просил. И я хотел, чтоб мы были врагами. Так за что ж подарила мне ты луг с Цветами и твердь со звездами, все проклятье своей Красоты? Зла, Добра ли, Ты вся не отсюда. Зла, добра ли, ты вся не Отсюда. Мудрено про тебя говорят. Для иных ты и муза, И чудо. Для меня ты мученье Ад. Зла, добра ли, ты вся не Отсюда. Для иных ты и муза, И чудо. Для меня ты мученье и ад. И коварней северной ночи, и хмельней Золотого ои, И любови цыганской короче были страшные Ласки твои. И была роковая отрада в попирании Заветных святынь, и безумная сердцу Услада эта горькая страсть, Как полынь. Зла, добра ли, ты вся не Отсюда. Мудрено про тебя говорят. Для иных ты и муза, И чудо. Для меня ты мученье и Ад. Зла, добра ли, ты вся не Отсюда. Для иных ты и муза, И чудо. Для меня ты мученье И ад. Для меня ты мученье И ад.