Опаленные prod by Snec

Пеплом окутало город, смотри, как во тьме догорает Наш дом. Шёпотом мёртвых доносятся речи: "Здесь тох, здесь тох, ночь на псох." Навеки уснули в землянках, но сон превратился в Бескрайний кошмар. Мы узники собственной были, в погоне за призраком Лезем в капкан. Здесь свет виден только сквозь тучи и лик опалённый Залипнет во мглу. Запахом серы пропитанный воздух удушьем нас тянет ко Дну. И нет ни надежды, ни воли, Под грудой костей ещё теплится страх. Под тенью былого триумфа развеет по ветру забытый Наш прах. Нет места живого, истекший рубец, Она столкнет снова, как сладкая песнь. И юное тело девицы несётся сквозь жар на ужасную Смерть. Она ведь не знала, что гниль, Отравляя нас скрытно, ползёт изнутри. Белоснежные крылья подрезав, нежнейшая плоть утопает В крови. И мы уйдём безымянными, безликими душами, Голодными тварями, не скорбя о нас монами. Ведь мы сами вступили на проклятый путь и пойдём До конца. В объятиях суккуба нас ждёт только Тщетность в голову горстка свинца. И мы уйдём безымянными, безликими душами, Голодными тварями, не скорбя о нас монами. Ведь мы сами вступили на проклятый путь и пойдём До конца. В объятиях суккуба нас ждёт только тщетность в Голову горстка свинца. Прибытые души окутаны мраком, разбитые люди погрязли Во тьме. Пока без умолки пророчили в бездну, Забыли, что сами сгораем в огне. Суп из костей, заправленный кровью, Залитыми слёзами прямо к столу. Дилыми зубами врываясь в останки девицы, Что сильно страдала в плену. Синим кож нам на одеяние скрыться от сумрака здешних Лесов. Здесь люди от голода ходят кругами в поисках Пищи, съедая свой кров. Здесь мор обитает и гнойные раны взрываются, Как фееричный фонтан. Тут четыре дороги, сверни на любую, Как прожил, так сгинешь, ответь себе сам. Нам не убежать, этот мир обречён, Вам остался лишь час. Берите талон в ожиданиях смерти, Любое окошко приветствует вас. Назначено время, дорога открыта, Садитесь, ваш пятый котёл. Где же манеры? Вы кожу не сняли, запомните адрес, Тут новый ваш дом.