Фэлин E

Дни бегут, дни бегут и мы с тобой бежим Вместе с ними. Как были мы на дне, так и летали высоко. Как были на нуле, так и деньгами мы сорили. Мечтали на двоих куда-нибудь надолго и далеко. Наша юность замерзла в темных переулках холодного Края. Я снова ушатанный, родная. Я с дрянью завязал, но взаимозаменяемость конкретно Топит и душит. И знаешь, от этого ничуть не лучше. Прости, нет тех миллионов, о которых мы болтали. Но есть ты и рэпчик, и проблемы лицом к Лицу. Мы заднюю не дали. В этих стенах замуровано эхо наших воплей. Да будет день под пальмами солнечный и теплый. А пока стены серые и дым над городом, Дым над городом. Верю, мы все барьеры сожжем до пепла. Выброс дофамина, касаясь твоего тела, Я пойду к тебе навстречу против ветра. Я буду добывать огонь, чтоб любовь не тлела. Верю, мы все барьеры сожжем до пепла. Выброс дофамина, касаясь твоего тела, Я пойду к тебе навстречу против ветра. Я буду добывать огонь, чтоб любовь не тлела. Разбросанные шмотки по хате. Родная, ты не злись. Хватит. Ненависть ко мне и рвотный поток. Наши слова, облившие друг друга, Обжигали, как кипяток. Но оттаивание наших тел отправляет нас в путешествие По космосу и, долетев до конечной, Мы в руках у невесомости. Наша жареная любовь с острым соусом. Наш союз держится твердо за счет прочности. Благо тебе не сижу на чем-то тяжелом. Благо тебе не заперт и в темнице сырой. Если где-то сделал что-то я не так, Родная, не ставь ряды осужденных. Знаю, что любишь и любовь свою ко мне утроишь. Прости, ушатанный и так необходима, Но от этих паразитов ты меня укрой, Ибо я, не хотя, становлюсь для тебя чужой, Чужой. Верю, мы все барьеры сожжем до пепла. Выброс дофамина, касаясь твоего тела, Я пойду к тебе навстречу против ветра. Я буду добывать огонь, чтоб любовь не тлела. Верю, мы все барьеры сожжем до пепла. Выброс дофамина, касаясь твоего тела, Я пойду к тебе навстречу против ветра. Я буду добывать огонь, чтоб любовь не тлела.