Купе

Купе найдёт общие темы для разных людей. Свет в окне рассеют капли осенних дождей. Через лес, мимо крон и перронов, мимо голоса где-то Во сне. Мы скоро будем дома. Книга убьёт, время уйдёт и не скажет прощай. Тот одинокий с верхней полки привыкший молчать. Мы провожали глазами, как провожали нас. Огни вокзала вдали и те друзья на час. Коробка пахла расплавленным воском. Он говорил что-то про Кости, потом про фосфор. Как непросто быть стариком. А мы подростки, какими он был когда-то в молодости. Сын фронтовика, отец любимой дочери спал, Что-то шепча мимо сна. Головоломка, тамбур пьяных соседей. Его лицо гладили звезды в лунном свете до утра. Морфей до первой росы. Время в унисон мыслям ровняло часы, Унесенные прочь от Питера. Стрела, экспресс от земли до небес. Он вспоминал этот рейс до Праги. Годы бежали, кипели котлы в головах факелом. Один взгляд, два кольца, глаза в глаза. И вот уже пятьдесят, как не разлей вода, Как вагоны одного состава. Одна дорога. Думали оба и вроде немного осталось. Она сошла как-то ранее, старику оставив дочь и Вечную память. Мы наблюдали пьяные капли вина. Его глаза стеклянные что-то читали. Просил Бога уберечь ее от ворон. Вот она на горизонте черта города. Морщины заполняли лоб. Он хотел, чтобы все было срок в срок, Оставив свой дом Владивосток. Хотел уйти от прошлого, но так и не смог. Давно остыл чай. Кто там стучал в дверь? Проводники, будильники тогда и теперь. Он собирал вещи, а мы смотрели в окно. Все решено, сказал он тихо. Любите женщин. Купе найдёт общие темы для разных людей. Свет в окне рассеют капли осенних дождей. Через лес, мимо крон и перронов, мимо голоса где-то Во сне. Мы скоро будем дома. Книга убьёт, время уйдёт и не скажет прощай. Тот одинокий с верхней полки привыкший молчать. Мы провожали глазами, как провожали нас. Огни вокзала вдали и те друзья на час. Купе найдёт общие темы для разных людей.