Белый мишка

Я Тебя очень и очень, и очень, очень, Очень, очень многократно раз Люблю. И Я очень сильно по тебе скучаю. И теперь, теперь, как тогда, мне даже, Даже кажется, как-то по-другому ты не выходишь из Моей головы вообще. Ой, нехорошо. Ой, что ты с деткой сделал? Когда мы встретились тогда, после полугода почти Переписок, на тебе еще не было плюшевых варежек и Шапки "Белый мишка". Ты была в черной куртке, на голове кудряшки. Я тогда понял, что не ошибся, что любовь к Тебе настоящая. Да, у меня было много дам, но с ними Было все не то. Тебя любил от всего сердца, Сильнее все из года в год, проходя через отношения, Свидания, одноразовые встречи, я все больше понимал, Что ты одна и тебя в них точно не Встречу. И да, я только с тобой был таким Настоящим. Мы могли смеяться над друг другом весь Вечер и чаще. Я мог тебя пугать каждый день Маленькой неуютной квартире, ты боялась открыть Двери, как в самом страшном фильме. И каждый день ты спросишь, люблю ли я тебя, Хотя знаешь точно, что ты моя вода, Ты мой воздух, солнце, ты моя звезда, Ясное небо, девочка моя. Однажды ты сказала, что я твой лучший выбор. И как же так произошло, что счастье наше стало Грустным фильмом? Наши имена прямо сейчас плывут по Титрам, а я пишу в тетрадь и на тебя Залипну, листаю твои фотки на трубке телефона. Доступа нет к инстику, два гордых идиота. И видит Бог, сколько я исписал блокнотов, Ты будешь слушать на репите, хоть пусть тут не В ноты. И боль уже не глушит бокальчик виски. Я бродил по клубам, тусил на вписках. Ты же мой Питер, а я твой бандитский. Мы встретились в семнадцать, сейчас нам под Тридцать. И мы так далеко, но в сердце слишком близко. Я несу тебе карелький пунш вместе с пачкой Richmond. Мы в один день расстались почти по-английски, И в душе все равно у нас с тобою Искра. И почему вечность к тебе так сильно манит? Ты по-любому вспоминаешь про меня образ тумане. Меня так дурманил твой запах черри. Укусишь мои губы, а я прижму тебя сильнее.