Утерянные записи E

"Искренне любил? Да, скорей да, чем нет Но это было раньше ведь Это ли не лимб? Эх, будучи зряч, имел Путь позаманчивей Душу вскрыть? Будто прячу в ней Ужасы или дрянь черней Да куда черней? До утра живей Был, куда живей, до пропажи" "Нет, нет, нет!" Пленники липких лент На потолке - контингент Залип в стекле на бледный лик Картинка - тлен, увы, нередкий вид И так годы мчат С табуретки вниз... Ха, неровен час Только толку-то, док, изучать нечего Человечья да львиная часть изувечена "Они мнят обезумевшим, бросьте Ну и кто б не заметил подмены? Механизм, что в грудь вшили, бьётся С частотой невыносимо равномерной Отчего ж тогда веет гнильцой? Отчего ж не пугает и смерти лицо, Не страшит и ни нож, ни разряд?" Взгляд угас, а эти записи так ярко горят Над изгарью постою Свесит усы на нас Кот Баюн Мы предвестники в его блюде Ветрами развеется пепел весточек о людях. Фамилия отчеканена - Эй, павлины, бл**ь, вы что, каменные?! Вот же, по линии выстроены "они"! Мне говорят, что на мне печать Каина Давно понял всё - мир шикарен Прямо по полису выжигают Моих детищ и не лечат ведь Гляди (вон там) в кишечнике! Буйной головой бью в мешок с ожирением Вот и вопль, кровь моя - что-то желейное В гардеробе копятся сорочки-шинели Да вводные описи. всё ночью шевелится! Но я живой и я в очаге был О, мой живот, мне б кусочек хлеба Мне так щекотно и хочется спать От этих шипов игольчатых, Лекарь. Плывёт кириллица, губы, черты лица; Молодуха шепчет на ухо: - Укол есть! - Милая, я бы не ощетинился, Если б не эта ё**ная духовность. Это ИХ подиум и танцуют на Всех гипотезах да так суетно, И заботятся прям особенно Будто меня здесь и нет. Всё. Над изгарью постою Свесит усы на нас Кот Баюн Мы предвестники в его блюде Ветрами развеется пепел весточек о людях. Металлический лязг Под язык, как в мошну́ – placebo Детский голос, смеясь, Возбуждённо шепнул: "Убей себя" На глазу – неверяще вычекань Это девичье личико Цвета спелой вишни и дёгтя И длинные, сгнившие ногти В полночь и в угол Ты войлочной куклой Ногами сучишь на стуле Всяко сердце изгваздалось Убирайся с глаз долой Тебя не существует. Черт твоих скомканных клубень И горькие губы сукубьи За что мне всё это – ответь Ты только в моей голове, Б**ть, только в моей голове В белой, белой больнице В угоду науке. Люди в белых белых халатах Тянут белые, белые руки. Высох ты и бесподобно жилист, словно мумия Только нервы теперь обнажились До безумия. Над изгарью постою Свесит усы на нас Кот Баюн Мы предвестники в его блюде Ветрами развеется пепел весточек о людях. В последний путь пропоют Памяти чернила в бою С чертогами чистя связь Летопись о тревогах, вместе с богом не вспомнят клятв.