Дурка: Chapter 3 E

Горечь в кармане... Москва. Три часа ночи В пустой хате стены рвут душу в клочья Ни семьи, ни жены... Лишь пепельница и кровать Я вернулся с войны, чтобы здесь... умирать Выхожу в темноту. Садовое кольцо пустое В моей голове — ни минуты покоя Небоскрёбы Сити торчат, как бетонные колья Идеальные лёжки... Моё новое проклятое поле Шаг за шагом по плитке. В душе — одни травмы Я глотаю обман, чтоб сбежать от своей кармы Но этот пластик и туман — нихера не спасают Они просто в желе мой рассудок бросают Глухую боль запил водкой... Жду, когда вырубит свет Но иллюзии будят тех, кого с нами нет В этом чёрном угаре призраки шепчут мне в уши «Ну что, док-каратель, скольких ты там не дослушал» Мимо едет патруль... Мигалки бьют по глазам Я сжимаю кулак. Я готов разорвать их всех сам Сон — это роскошь. Закрою глаза — там окоп Открываю — Москва, парапет, и внизу водосток Фантомы ломают, бессонница плавит мне мозг Я сам для себя построил на тот свет мост Здравствуй, дурка столичная! Чёртова ночь и неон Здесь снайпер-медик берёт сам себя на прицел и в урон Я вернулся живым, но мой разум взорвался в куски Я сдыхаю в Москве от бетонной глухой тоски В левом кармане ключи... В правом — сорванный приступ В голове лишь один, неслучившийся вовремя выстрел Мы ходячие трупы средь мирных столичных небес Где за душу мою отвоевал уже бес Иду по мосту. Внизу темнеет река Холодный металл парапета цепляет рука Один шаг за карниз — и закончится дурка Останется на асфальте лишь куртка и два окурка Я медик, братишка, я знаю, как тело умрёт Где треснет хребет, и как воздух лёгкие порвёт Я штопал парней, вытаскивал мясо с земли А здесь мои собственные нервы в узел пошли Ни жены, ни детей. Я пустой, как отстрелянный гильз Мой пульс отмеряет этот проклятый жизненный блюз Прохожий стрельнул сигарету — я чуть не сломал ему шею Я зверь в этом городе. Жить среди вас не умею Меня не берёт ни алкашка, ни в вены укол Мой личный хирург во мне сам он меня распорол Как выключить память? Док, где мой контроль Здравствуй, дурка столичная! Чёртова ночь и неон Здесь снайпер-медик берёт сам себя на прицел и в урон Я вернулся живым, но мой разум взорвался в куски Я сдыхаю в Москве от бетонной глухой тоски В левом кармане ключи... В правом — сорванный приступ В голове лишь один, неслучившийся вовремя выстрел Мы ходячие трупы средь мирных столичных небес Где за душу мою отвоевал уже бес