Почему

Почему? Почему? Почему? Почему? Душа онемела, осталась лишь грязная форма. Слезы мешаются сажей, и это здесь норма. Я не чувствую страха, мне безразлично уже это все. Куда этот бешеный шторм нас опять понесет? Приятель ослеп от разрыва, он стонет во тьме, А я безучастно молчу, замерзая в зиме. Пять минут и дымней мы удушливой тишины. Мы живые мишени на вечном подвале войны. Пальцы не слушают, снова ломаю табак. Выхода нет из туннеля, уходим во мрак. Хочется выть, только горло сдавила тоска. Каждый наш шаг это палец у чего-то виска. Почему эту боль никогда и ничем не заглушить? Почему нам нельзя просто тихо и преданно жить? Почему этот ад невозможно забыть и стереть? Почему нам осталось грязи этой заживо тлеть? Почему? Почему? Почему? Дома больше нет, это просто потерянный миг. Из глубины темноты, м, Пробивается крик. Внутри поселилась холодная, злая, пустая стена. За то, что остался живой, забирает сполна. Автомат на коленях, как самый уродливый крест. Я не помню имен, я не помню названий тех Мест. Малой с помятой мертв, меня просто забыли зарыть. Эту безвыходность, сучу, нельзя ни заесть, Ни запить. Вместо будущего только копоть, воронки и тлен. Мы застряли в ловушке, попали пожизненный плен. Только глина на коже, застывшая кровь на руках и Вечная страшная бездна застыла в глазах. Почему эту боль никогда и ничем не заглушить? Почему нам нельзя просто тихо и преданно жить? Почему этот ад невозможно забыть и стереть? Почему нам осталось в грязи этой заживо тлеть? Почему? Почему? Снова команда вперед, но ногам тяжело. Все, что любил и хранил, навсегда уплыло. Когда в темноте на секунду смыкаю глаза, По щекам сквозь мазут выжигает дорогу слеза. Нет слабости от бессилия перед судьбой, От того, что никто не вернется отсюда собой. Мы хороним себя каждый день, продвигаясь во тьму. И никто никогда не ответит нам здесь. Почему? Я смотрю на бетонные плиты на серый Рассвет. Нас швырнули в пекло, И выхода отсюда нет. Вместо комнат уютных разбитый гнилой лабиринт. На кусках штукатурки запекшийся тянется бинт. Гресть петлями наружу во тьму направляешь ствол, И под берцами хрустом ломается чей-то стол. Здесь валяются детские книжки, игрушки в пыли. Мы по чьим-то разрушенным жизням в атаку пошли. Этот запах подвалов и тлена въедается в кожу. Я смотрю на руины и чувствую смертную дрожь. Каждый метр, каждый брошенный дом как капкан. Я не чувствую боли от новых и старых ран. Смотрю, чит разбитый из стекла в пустые глаза. И назад провернуть эти чертовы дни нельзя. Зачищаем жилые кварталы, где выключен свет, Где осталась земля, на которой спасения нет. Исковеркано все, мы задушены этой тоской. В этой серой петле обретаем безликий покой. Почему эту боль никогда и ничем не заглушить? Почему нам нельзя просто тихо и преданно жить? Почему этот ад невозможно забыть и стереть? Почему нам осталось в грязи этой заживо тлеть? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему?