Монолог

Мы опять вернулись. Ты сидишь напротив, смотришь сквозь стену. На лице копоть, мазут, а в глазах тысячелетняя Усталость. Мы не говорим слова сейчас. Это просто лишний бессмысленный шум. Шум, которого нам и там хватило с лихвой. Знаешь, когда идёшь на штурм, Время меняет свою плотность. Оно становится вязким, тяжёлым, как эта глина, Что налипает на берцы. Секунды растягиваются в целую жизнь, А чья-то жизнь сжимается в одну секунду. И ты идёшь, делаешь шаг и думаешь: Почему я? Почему он? А ответов нет. Есть только приказ, есть плечо брата И сухой холодный щелчок предохранителя. Помнишь, как мы боялись в самые первые разы? Сердце билось так, что ломало рёбра изнутри. А сейчас Страх перестал быть паникой, он стал инстинктом, Он стал холодным. Он сидит где-то там, под кевларом бронежилета и Просто диктует, Когда упасть, когда сделать рывок, Когда задержать дыхание. Мы превратились в механизмы, идеально настроенные Уставшие машины для выживания. Мы забыли свои имена, Оставив себе только короткие позывные. Я смотрел сегодня на небо там, сквозь пролом в Бетонной крыше. Оно было абсолютно равнодушным, чистым, Серым, глубоким. Небу вообще плевать на то, что мы тут делаем. Земле тоже. Она с одинаковым спокойствием глотает и горячие Гильзы, и осколки, и людей. И от этого ледяного спокойствия природы становится Ещё страшнее. Мы тут грызёмся за какие-то метры разбитого кирпича, А мир... Мир просто продолжает крутиться, Словно нас и нет. Те, кто остался там, В посадках и подвалах, Они ведь никуда не ушли. Они сейчас стоят у тебя за спиной, молчат, Не винят, просто смотрят. Граница между нами и ими стала такой тонкой, Словно это папиросная бумага. Одно неверное движение, один слепой угол, И ты шагаешь за эту черту. Но сегодня нам повезло. Сегодня эта невидимая рулетка нас пропустила. Я не хочу искать во всем этом какой-то высший Смысл. Я не философ, не пророк, не оракул. Я просто до смерти уставший человек в грязной форме, Который хочет закрыть глаза И больше не видеть этих ярких вспышек, Который хочет вдохнуть глубоко И не чувствовать этот приторный запах гари и железа. Там на зачистке Всё было предельно просто. Жестокое черно-белое кино. Свои чужие. Шаг вперед или конец. А здесь... Здесь мы сидим и пьем этот остывший чай из Помятых алюминиевых кружек. И эта внезапная тишина давит на перепонки сильнее, Чем прилеты тяжёлой арты. Мы вернулись физически, Но часть нашей души Навсегда осталась там вморожена В этот разбитый бетон. Выдыхай. Нам дали время выдохнуть. Сними разгрузку, ни о чем не думай, Просто отпусти это всё. Завтра будет новый приказ, Но это будет завтра. А сегодня... Сегодня мы живы. Мы просто, чёрт возьми, Живы.