Rаgnarök E

Где Мидгард укрыли снега Фимбульвинтер, Где холод пронзает до самых костей, Там бродит Спартанец в кровавой палитре, Встречая без страха незваных гостей. Секира летит, разрубая со свистом, Клинки хаоса в пепел сжигают броню, А треюный Локи по тропам тернистым Стрелою из тиса подобен огню. Здесь магия сейда сплетается с болью, В лесах Ванахейма таится кошмар. Там Фрейя, ведомая мстительной волью, Готовит для асов смертельный удар. Но тени сгущаются, шепчут заклятья, Из Хельхейма лёд наползает на мир. Раскрыла война ледяные объятья, И воет в руинах погубленный мир. Над Асгардом кружатся Хугин и Мунин, Всеотец Один плетет свою сеть. Он знает, конец предрекается в рунах, Но жаждет обманом судьбу одолеть. Он шепчет проклятья на древнем наречье, Черпая из знаний колодца свой пыл. Но Гьяллархорн затрубил в поднебесье, И час очищения миров наступил. Рычит жуткий Фенрир, разевая свой зев, Пространство трещит под когтями гиганта. Он цепи порвал, пробудив древний гнев, Страшнее любого в веках валлиханта. Он выше вершин и мрачнее, чем полночь, Он ткань мирозданья зубами дерет. И асы кричат, призывая на помощь, Но волк их тела беспощадно грызет. В пучинах морских дремлет змей Йормунганд, Он чешуей бьет по спящим волнам. И грома вержец, великий гигант, Смеется в лицо наступающим дням. Гремит в небесах оглушительно Мьёльнир, Тор жаждет разбить непокорных врагов. Но близится буря, что мир этот сломит, И сам Рагнарёк жжет чертоги богов. В Свартальфахейме ковали оковы, но Гномов машины замолкли во мгле. Там Гарм у порога и демоны ночи Пируют на мертвой сожженной земле. Драугры лезут из трещин и щелей, Эйнхерии строем идут на убой под Крики валькирий, свистых метелей. Весь мир захлебнулся кровавой волной. Спартанец идет сквозь огонь Муспельхейма, Где Суртур заносит свой огненный меч. Нет больше пощады, нет места для сейма, Лишь головы асов должны лететь с плеч. Все тонет в дыму, и молитвы, и стоны, И древо Иггдрасиль дрожит до корней. Падают замертво древние кроны, В огне догорает величие дней. Жестокая сага про кровь и потери, Где темное колдовство правит свой бал. Но ради семьи в приоткрытые двери шагнет Тот, кто богом войны прежде стал. Забыты пророчества, свитки сожжены, На пепле рождается новый рассвет. Боги погибли, миры обновлены, И в тишине больше Одина нет.